Книга Пять масок тьмы, страница 33 – Евгений Фронтикович Гаглоев

— Это ты пришла насчет школьной экскурсии? – спросил он.

Женя смущенно кашлянула.

— Если честно, мне пришлось солгать, чтобы меня сюда пропустили, – сообщила она. Сердце в груди стучало так, что она опасалась, как бы Гордей этого не услышал.

— Вот как? – усмехнулся Лестратов. – Почему-то я не удивлен. Обычно насчет экскурсий приходят договариваться учителя или завучи, но только не ученики. Что греха таить, как правило, им это вообще не интересно. Так что тебе нужно?

— Вы меня не помните? – робко спросила Женя, продолжая осматриваться.

— А должен?

— В прошлую пятницу. Ночью в переулке, когда погиб мой дедушка… Вы спасли меня.

На гладком лице Лестратова не отразилось никаких эмоций.

— Думаю, ты меня с кем-то путаешь, – спокойно сказал он.

— Не может этого быть, – запротестовала Женя. – Я очень хорошо тебя… вас запомнила!

— Но я понятия не имею, о чем ты. – Гордей откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди.

На одной из стен Женя вдруг увидела развешенное средневековое оружие. Потемневший от времени щит, несколько длинных тусклых мечей и коротких кинжалов, какой-то старинный герб с изображением огнедышащего дракона. Она знала, что многие любят украшать интерьер подобными вещами, приобретая различные копии и муляжи. Но это оружие выглядело настоящим. Особенно длинный блестящий меч, висевший в центре всей композиции. Кажется, именно с ним она и видела Гордея той ночью.

— Почему вы мне лжете?! – воскликнула Женя. – Вы же были там. Я своими глазами вас видела. Перевернутый лимузин, ночь, крики… И несколько десятков каких-то жутких тварей, которые убили бы и меня, если бы не вмешались вы и ваша пантера.

— О, так я был с пантерой? – серьезно спросил Гордей.

— Именно!

— Послушай, у меня сегодня очень много важных дел. – Гордей тяжело вздохнул и подался вперед. – И мне некогда слушать девичьи сказки. Если речь не идет о школьной экскурсии, думаю, тебе лучше уйти. Прости.

— Но я помню вас!

— Я не знаю, что тебе на это ответить. – Лестратов поднялся с кресла и вышел из-за стола. – Не представляю, что ты пережила… Но ты сама сказала, что дело было ночью. Видимо, зрение тебя подвело. Ни о каких убийствах в переулке я даже не слышал…

— Вы убили тварей, которые разорвали моего деда и его людей, – настойчиво повторила Женя. – Вы знаете, кто они? Как вы там оказались? Может, знаете, почему они напали на нашу машину? Мой дед был кандидатом в мэры этого города…

— Извини, – спокойно ответил Гордей. – Ты пережила ужасную трагедию. Мне очень жаль, но я ничем не могу тебе помочь…

Он демонстративно взглянул на дорогие наручные часы.

— Мне пора идти. Если у тебя все, то лучше нам проститься.

Женя не хотела уходить, но он мягко выставил ее за дверь, а затем ушел и сам, бросив напоследок странный взгляд в ее сторону.

Девушка не понимала, почему он все отрицал. Почему делал вид, что не помнит ее, хоть она была уверена в обратном? Видимо, ему было что скрывать.

Пока Женя стояла в длинном темном коридоре, не зная, что делать дальше, позвонила Сашка Прокофьева.

— Ты сейчас где? – спросила подруга.

— Не поверишь, – мрачно ответила Тихомирова. – В Историческом музее.

— Прости, я забыла! И тебя пропустили? – удивилась Сашка. – Не думала, что в музей так легко попасть! И что ты там делаешь?