Книга Чужой престол, страница 186 – Аннa Шнайдер

— А кандидатов-то брали среди тех, кто, хм… имеет полные права в обществе. Но был ещё другой опрос, неофициальный. И вот там вы на втором месте. Народ-то не обманешь, все всё понимают.

После этих слов Анастасию осенило — она внезапно осознала, что Ротергейл, по-видимому, ратует за то, чтобы королём был канцлер. И он хотел, чтобы она об этом знала, — поэтому и говорил всё это.

Зачем? Хороший вопрос…

Огден

Утром, перед совещанием с министерством юстиции, к Огдену в покои заглянул Риан Ортего — для того, чтобы отдать и установить защитный амулет на крови императора Альганны и объяснить, как он работает.

— Только не считайте, что вы теперь бессмертный, — нагло заявил этот странный парень с грацией аристократа — Огден давно заметил, как изящно он обращается со столовыми приборами, аккуратно ест и ровно сидит на любом, даже самом неудобном стуле. Подобной осанки можно было добиться только годами интенсивных занятий, и у Огдена, например, её не было. А вот у канцлера — была. — Амулет его величества защищает, но не бесконечно.

— Я понимаю. А его ощущают окружающие?

— Нет. И не советую никому рассказывать. Иначе покушения на вас будут планироваться с учётом наличия амулета. Он ваш козырь.

Откланявшись, Риан удалился, а Огден отправился на совещание.

Удивительно, его короновали почти три месяца назад — но до сих пор ощущение тоски каждый раз, когда он шёл на утренние совещания, не проходило. Огден интересовался у Роланда, бывает ли с ним такое, и получил спокойный ответ:

— Нет. Не бывает. И у тебя потом пройдёт.

Однако младший сын покойного короля Фредерика в этом сомневался. Всё было ровно наоборот — чем больше проходило времени, тем Огден сильнее убеждался, что всю эту ситуацию он терпит исключительно благодаря Роланду. Не будь его — и Огден помер бы от тоски, выслушивая тонкости принятия законов, распределения финансов и прочей ерунды, которая нужна для управления государством. Немного оживлялся новоиспечённый король только на совещаниях с министерством безопасности — потому что там порой обсуждались проблемы охранителей, которые были близки Огдену. Но всё остальное его мало волновало, а кое-что даже вгоняло в откровенную скуку.

Совещания с министерством юстиции по уровню скуки были сравнимы разве что с заседаниями министерства финансов, и в отсутствие Роланда у Огдена на них начинала трещать голова уже к середине заседания. Но в присутствии канцлера можно было не напрягаться сильно, а обо всём, что непонятно, задать вопросы позже, на личной встрече — и получить исчерпывающий спокойный ответ, не позорясь перед членами комиссии.

В этот раз было почти то же самое, за исключением одного — Огден неожиданно вспомнил просьбу Анастасии, озвученную накануне, и несколько потерял нить рассуждения окружающих, думая о своём.

Первое — зачем принцессе просить за канцлера? Жалеет его? Допустим, но не до такой же степени, чтобы озвучивать подобные просьбы по отношению ко взрослому мужчине. Нет, тут нечто большее. Скорее всего, то, что Огден хотел увидеть изначально, когда Анастасия только приехала в Альтаку, и о чём он говорил Каролине.

Принцессе нравится канцлер. Нравится настолько, что она решилась озвучить Огдену абсолютно дикую и безумную просьбу, приоткрыв завесу на то, о чём он и так ранее догадывался.