Книга Жизнь на двоих, страница 92 – Аннa Шнайдер

Огонь в камине вспыхнул и заискрился, и дети, вскочив с пола, загалдели:

— Софи! Софи! Софи! – и побежали навстречу императору и Софии, которые уже выходили из камина, держась за руки. Викторию немного кольнуло это зрелище – но через секунду их аньян отпустила ладонь Арена и, встав на колени, расцеловала Агату с Александром, смеясь и плача одновременно.

— Софи-и-и-и!!! – вопил Алекс, обнимая девушку за шею, и она прижимала его к себе одной рукой, второй держа за руку Агату, которая прыгала, ни на секунду не останавливаясь, и повторяла:

— Да! Да! Да-а-а!!! – И столько восторга было в ее голосе, что у Виктории саднило в глазах. Она подошла ближе, желая поздороваться, но слова застряли в горле, когда она заметила, с каким выражением лица Арен смотрит на Софию.

Нежность. В его взгляде была безграничная нежность, а в улыбке – любовь.

Никогда он не смотрел так на нее…

Нет, нет! Это глупости, этого не может быть! Он смотрит не на Софию, а на Агату с Алексом, они ведь стоят рядом! А ей просто кажется, кажется!

Смятенная и растерянная, Виктория застыла, не зная, что сказать, и очнулась, только когда Арен дотронулся до ее локтя.

— Пойдем, Вик. Софи побудет с детьми. А нам надо поговорить.

Виктория кивнула, и он, подхватив ее на руки, шагнул в камин.

Морально приготовившись выслушивать претензии, Арен перенесся в комнату жены, донес ее на руках до одного из кресел у окна, опустил на сиденье и, сев напротив, спокойно сказал:

— Завтра и послезавтра ты и дети проведете на море, вечером вас будут возвращать во дворец. Компанию вам составят Вано Вагариус и София с ее семьей – матерью и двумя сестрами.

Виктория смотрела на него удивленно, но не кричала и не возмущалась, и Арен осторожно развеял эмпатический щит.

Да, она была удивлена, но в ее эмоциях не слышалось ничего неприятного, никакого гнева, возмущения или ревности.

— Вам всем надо отдохнуть, – продолжал император. – Поэтому я принял такое решение. Но у меня к тебе есть несколько просьб, Вик.

— Да? – Эмоции задрожали, но не от злости – от неуверенности.

— Первое. Вы отправитесь отдыхать, и я хочу, чтобы ты помнила об этом и старалась не портить никому настроение. Особенно – детям, и не только нашим, но и сестрам Софии тоже. Это понятно?

Она кивнула, отчетливо обидевшись. Интересно, на что? Можно подумать, она не любит портить настроение другим людям.

— Второе. Прошу тебя никому не демонстрировать пренебрежение. Да, и София, и ее мама, и сестры – нетитулованные, мама вообще не маг, но это не значит, что на них можно смотреть, как на грязь. София спасла жизнь нашей дочери, и я надеюсь, что ты будешь об этом помнить во время общения с ее семьей.

Обида стала сильнее. М-да, если так дальше пойдет, ни на какое море она не поедет, а все-таки будет сидеть в комнате…

— Третье. Держи под контролем не только свое поведение, но и эмоции. Если что-то пойдет не так, мне об этом сразу сообщат и я немедленно заберу тебя с пляжа. Это тоже понятно?

Она вновь кивнула.

— Повтори, Вик.

Жена чуть покраснела, но вновь не возмутилась – только огорчилась.

— Арен… Это ни к чему, – сказала она негромко и совсем по-детски шмыгнула носом. – Я не подведу тебя, честное слово.

Императору очень хотелось в это верить, потому что он рисковал, принимая это решение. Конечно, навредить Виктория никак не сможет, но вот затеять скандал, огорчив этим всех, особенно Агату с Александром…