Книга Жизнь на двоих, страница 224 – Аннa Шнайдер

О главном он уже был в курсе – демоны истреблены, погибших охранителей двое, среди мирного населения – пять человек, а про ход операции и остальное можно послушать и завтра.

— Что за уши, Алекс? – спросил Арен, пытаясь отвлечь сына вопросом, но мальчик только сильнее захныкал.

— Мы хотели поставить спектакль, – вздохнула Агата и жалобно всхлипнула. – Софи должна была играть лисичку, а Алекс – ежика…

— Мы его обязательно поставим, – сказала Виктория, в который раз за день обняв детей. – Обязательно-обязательно!

— Без Софи будет не то, – печально покачала головой Агата.

Арен промолчал, потому что сказать ему было нечего. Он понимал: в конце концов дети привыкнут к отсутствию Софии, но до этого успеют потрепать нервы всем. Причем сейчас ситуация оказалась гораздо хуже, чем после увольнения Вирджинии. Тогда наследникам было грустно, но истерики они начали устраивать позже, когда у них появилась новая аньян, которая их не устраивала. Теперь же о новой аньян не могло быть и речи – пока не утихнет горе, Агата и Александр не примут нового человека.

Впрочем, один плюс в их слезах и капризах все же был, хоть и сомнительный. Из-за того что пришлось весь день утешать детей, Виктория к вечеру так замучилась, что на фразу Арена: «Я пойду к себе», – отреагировала лишь кивком и широким зевком.

О ее попытке пообщаться с Ванессой они так и не поговорили.

Утром в воскресенье София все же встала с кровати, умылась и решила спуститься вниз. Делать ничего не хотелось, но она знала, что это необходимо. Арен отпустил ее, чтобы она жила, этим София и собиралась заниматься. Пусть сложно и в груди болит так, словно внутренности огнем сожгло, а от сердца один пепел остался – надо двигаться. Если с ней случится что-то плохое, Арен не выдержит, значит, она должна постараться.

С кухни доносились голоса, и София, прислушавшись, поняла, что разговаривают мама и Вано. Странно, всего-то восемь утра, неужели Вагариус ночевал здесь?

— Послушай, Син, – говорил Вано слегка рассерженно. – Я ведь ничего неприличного не предлагаю, просто хочу, чтобы ты и девочки жили в комфорте. У меня хороший дом, он недалеко отсюда.

— Нам и здесь отлично, – буркнула Синтия. – Я не собираюсь становиться содержанкой.

— Ну почему содержанкой? Ты можешь продолжать держать цветочную лавку.

— Спасибо за разрешение.

— Перестань. Я хочу как лучше.

— Да что ты знаешь о том, что лучше для нас?! – возмутилась мама Софии. – Ты вообще ничего не знаешь! Месяц назад вдруг появился и решил, что можешь командовать!

— Я не командую. Я пытаюсь уговорить тебя. В конце концов, ты же ничего не потеряешь, если…

— Я потеряю самоуважение!

В другой день София улыбнулась бы, но не теперь. Сегодня она просто стояла, застыв возле кухонной двери и не имея сил вмешаться в диалог.

— Перестань, – повторил Вано и, кажется, встал с табуретки. – При чем здесь самоуважение?

— При том, – ответила мама обиженно. – Мы с девочками не имеем отношения к твоему дому.

— Это мой дом, и мне решать, кто имеет к нему отношение, а кто нет, – сказал Вагариус твердо. – Я считаю тебя, Софию, Элизу и Рози своей семьей и стараюсь сделать так, чтобы и вы меня считали родным человеком. Это разве плохо?

— Нет, но…

— Не надо «но». Давай я хотя бы покажу тебе свой дом? Хочешь, сходим туда сегодня?