Книга Жизнь на двоих, страница 132 – Аннa Шнайдер

— Я понимаю, пап, – вздыхала наследница. – Но мама… ее эмоции изменились! Разве ты не чувствуешь?

— Чувствую. Но не надо в них копаться, радость моя. Не смущай маму. Договорились?

— Я постараюсь…

В отличие от Агаты, у Арена не возникало особого желания копаться в эмоциях Виктории, хоть они и изменились. Но он знал, что должен разобраться в этом. Слишком уж резко жена из истерички превратилась в нормальную женщину, и это демонски напоминало последствия снятия какого-нибудь эмпатического проклятия. Лучше бы все-таки это было чудом лично Силвана Неста…

Люди, не разбирающиеся в эмпатии – особенно немаги, – часто искренне полагали, что эмпаты могут и сами насылать на своих собеседников нужные им эмоции. Увы, эмпатия так не работала, и внушить Виктории спокойствие Арен не мог – эмпаты лишь воспринимали чужие эмоции, но не насылали их. В ментальной магии имелись разделы, отвечающие за внушение, но внушать эмоции было неэффективно хотя бы потому, что практически любой человек быстро преодолевал это внушение, если в данный момент испытывал нечто абсолютно иное. Влияние извне разрушалось влиянием внутренним, и, если бы даже самый лучший ментальный маг попытался внушить спокойствие женщине, находящейся в ярости, она бы сожгла это заклинание, даже не заметив его.

А вот скорректировать уже имеющуюся эмоцию… Да, это возможно. Может, так Нест и работает – вызывает у Виктории определенные положительные эмоции, а потом закрепляет их? Нет, Арен уже увидел бы на жене ментальное воздействие, да и невозможно это – на Виктории ведь щитовой амулет.

В общем, с подобными «чудесами» следовало бы разобраться, и император собирался начать с разговора с женой. Поэтому, после того как дети легли спать, он перенес Викторию в ее комнату и сразу отошел к столу, где стоял графин с водой. Пить Арен не хотел, но и стоять рядом с супругой он не хотел тоже. Лучше находиться подальше.

— Как твоя психотерапия, Вик?

— Хорошо, – сказала Виктория, и в эмоциях ее вновь появились сплошные неуверенность и робость. – Мне очень нравится врач, и кажется, что он помогает. По крайней мере я… стала спокойнее. Да?

— Да, – подтвердил Арен, делая глоток воды и поворачиваясь лицом к жене. – Что ж, я рад, что ты довольна. У меня были сомнения по поводу утверждения именно этой кандидатуры.

Она удивилась:

— Почему?

Странно, неужели не понимает?

— Силван Нест – нетитулованный маг.

Виктория вспыхнула – и щеки загорелись, и эмоции потеплели от неловкости.

— Арен, ну не настолько же я… – Она, запнувшись, покраснела еще больше, и глаза наполнились слезами. – Хотя да, пожалуй, настолько… Прости, я виновата перед тобой…

Император нахмурился:

— За что ты извиняешься, Вик?

Защитник… плачет. Плачет, вытирает глаза кулаком, и губы дрожат. Точно так же всегда плакала Агата, и Арен, не выдержав, подошел к жене и погладил ее по плечу.

— За все, – прошептала она, не глядя на него и продолжая всхлипывать. – За истерики, ревность, за… то, что не поддерживала… Я ведь знаю, что ты прав с этим законом о передаче титулов, проблему давно пора решать, а у меня… Это просто личная обида на конкретных людей, но при чем тут все остальные…

У Арена разболелась голова от какофонии эмоций Виктории – она ощущала сразу столько всего, что он никак не мог разобраться во всем этом. В любом случае в голове звенело, а во рту появилась горечь, как всегда бывало, если он чувствовал чье-то расстройство.