Книга Тень императрицы, страница 16 – Аннa Шнайдер

Гая посадили напротив Софии и детей, слева от Виктории — и он на своей стороне стола был один. Благодаря этому положению он мог всецело оценить отношения между детьми и их аньян и сделал вывод, что София не зря ест свой хлеб. Наследники определённо были к ней привязаны, да и Ариэлла от них не отставала. И по-видимому, дети чаще находились именно с Софией — поскольку молчание отца и матери они воспринимали абсолютно нормально, а вот своей аньян молчать толком не давали. Гай даже удивлялся, что она успевает поесть. Каждый раз, когда он поднимал голову от тарелки, София либо поправляла на Александре салфетку, либо отвечала на вопрос Ариэллы, либо напоминала Агате о том, что каша в тарелке стынет. У детей с их аньян явно была собственная экосистема, как у деревьев в лесу.

А вот император с императрицей стояли особняком. Хотя, когда его величество сообщил, что ему пора, дети обняли отца очень сердечно, и Агата, милая темноволосая и смуглая девочка с карими глазами, полными детской хитрости, искренне и очень заботливо напомнила ему, чтобы не забывал об обеде.

— Я постараюсь, — ответил Арен серьёзно, а затем неожиданно обратился к Гаю: — Держи лицо сегодня. Иллюзорный амулет не панацея, когда общаешься с кем-то, кто тебя хорошо знает.

Гай непроизвольно напрягся, но кивнул, решив не уточнять — на месте во всём разберётся. Хотя и так понятно: по-видимому, император полагает, что Гай вскоре встретится с кем-то знакомым. Это вполне вероятно: он знал многих аристократов, хоть и жил не в столице.

Правда, теперь почти все они были арестованы.

— Агата, Ариэлла, вам тоже пора на уроки, — скомандовала София, поднимаясь из-за стола. — Пойдёмте, я вас провожу.

— До свиданья, мама! — звонко сказала Агата, подбегая к императрице, и крепко её обняла. Спустя пару секунд к ней присоединился и Александр. По возрасту он был близок к Тейке, поэтому Гай старался смотреть на него как можно меньше: слишком тоскливо становилось. — У тебя всё-всё получится!

— Возвлащайся сколее, — картаво произнёс Александр, и императрица, улыбнувшись, расцеловала обоих детей, а затем кивнула Ариэлле, которая стояла рядом с влажными глазами.

— Не волнуйся, Элли, я уверена, совсем скоро ты увидишь свою бабушку, — сочувственно сказала императрица.

— Спасибо, ваше величество, — вежливо ответила девочка, тяжело вздохнув, а затем, отойдя к Софии, которая уже стояла возле двери, уцепилась за её руку. Спустя несколько секунд за другую руку ухватился Александр, и уже за него — Агата.

Так они и вышли из столовой — паровозиком.

— Что ж, — сразу после этого тихо проговорила её величество, вставая, — мы с вами тоже отправляемся, Гай. Сегодня мне нужно в Институт артефакторики.

Гай, помнивший, что императрица по специальности биолог и чем-то занимается в дворцовой оранжерее, удивился.

Впрочем, мало ли, что может быть нужно в институте её величеству? Однако это объясняет, почему император упомянул про «держать лицо».

Гай полагал, что разгадал совет его величества, — однако чуть позже выяснилось, что он ошибался.

* * *

Комиссия по изучению родовой магии существовала давно. Её организовал ещё прежний император, но много лет разработки стояли на месте. Когда Арен понял, что с напряжением, назревающим в обществе, необходимо что-то сделать, он начал подстёгивать сотрудников комиссии, поскольку именно наличие родовой магии у аристократов являлось главным аргументом против закона о ненаследственной передаче титулов. Со всем остальным можно было спорить, но родовая магия действительно переходила только от аристократа к аристократу, у бастардов она не приживалась — и некоторое время назад стало известно почему.