Книга Подарок для ведьмы. Портал в шкафу, страница 94 – Мартиша Риш

Ярость застит глаза. И вновь я обрушиваю свой гнев на Чёрную гору. Раз за разом бью по стене кулаком. Жду, когда же гора содрогнется от моего удара. Бесполезно. Никому до меня дела нет. Ни Чёрной горе, ни тем более эльфам. Я лишь неугодный байстрюк, хоть и рождён в честном браке. Первенец знатнейшей семьи, воин, чье имя увито боевой славой. Что толку? Лучше б меня утопили при самом рождении, отдали бы людям, вынесли в лес подальше от Черной горы! Все лучше, чем знать, что я предан, не нужен собственной семье, близким, друзьям. Ничего у меня не осталось. Ничего, никого и помощи ждать бесполезно. Ни один дроу не пойдёт против воли совета. Побоится разделить с отверженным его жалкую судьбу. Мою судьбу. Она стала жалкой.

Я прислонился спиной к стене. Если раньше мне казалось, будто нутро горы теплое, ласковое, то теперь я ощущаю лишь холод, что идёт от грубого и жёсткого камня. И хочется выть, просить богов о пощаде, молить о другой судьбе. От гречи, от того, что плачет моя душа в полете за справедливостью, я кусаю губы, терзаю свое никчемное тело. Мне оно больше не принадлежит. Да что тело! Магию мою тоже скоро запрут под оковы артефакта. Молить богов бесполезно, когда все уже решено. Судьбу нужно принять с величайшим смирением, она и есть подарок богов. Сладкий, горький, безвкусный, а все одно — подарок. Жаловаться нельзя. Я бы принял, я бы смирился, если бы знал, что выбор пал на меня случайно, что я не предан, а, напротив, любим своею семьей. И почему мне так больно и горько? Будто остроклювые хищные птицы терзают мою невесомую душу, ранят, разрывают когтями. И сил терпеть эту боль, кажется, нет. Украдкой я собираюсь молиться о смерти, да только нет в этом смысла. Смерть ни любви, ни предательства не отменит. Даже ей это ни разу не удалось. Так и станут метаться клочья моей души по подземельям горы, не находя ни любви, ни покоя.

Я сполз по стене на пол, спрятал лицо в ладонях. Так хотя бы не видно моих глаз, их желтого, порочного цвета. Может, все-таки согласиться? Уступит воле совета? В мыслях я возвращаюсь к делари. Величайшая ведьма, какая она? Та, что умеет строить порталы сквозь пелену, из мира в мир, колдовать, та, что может подарить силу источнику магии. Должно быть, ведьма ужасна. Ведь если боги наградили сполна чем-то одним, то наверняка отняли другое. Человечка. Мерзкая, злобная, грязная. А каков ее дом? Должно быть, он утопает в грязи, по полу бегают мыши, плетут свои сети пауки, ползают червяки, зарываясь в сыры, снуют в мешках с мукою. И в котлах она варит все то, что сумеет поймать: певчих птиц, даже щупальца морских гадов. Ведьмы ужасны, такова их суть — грязная, порочная, немыслимая. Иначе, зачем бы женщине принимать в подарок мужчину? Порядочная и так себе мужа найдет, к красотке без устали станут свататься. Делари же грязна и душою, и телом в равной мере, а мера та велика.

И мне суждено в этом жить, жить с ведьмой, помнить о своем славном прошлом и точно знать, что Чёрной горы для меня больше не существует. Весь мой народ, род мой, отец, все они отреклись от меня. Лучше уж здесь остаться, в этой темнице. Не нужна мне другая судьба, когда уже ничего не исправить.

Дверь открылась так плавно, что ее петли даже не успели исполнить своей песни, не проскрипели, молчат. Право жаль, я бы послушал. Все лучше, чем слушать отца или внимать приказам совета. Головы я не поднял, не осмелился показать глаз. Пусть считают меня кем хотят. Я — дроу и множество раз за свою жизнь смог доказать это.