Книга Сюрприз в сугробе. Замуж за Морозко, страница 142 – Ника Мур

Он подхватил меня на руки. Легко, как пушинку.

— Куда мы? — спросила я, хотя уже знала ответ.

— Домой. В Терем. Здесь слишком шумно для того, что я хочу тебе сказать. И показать.

Он ударил ногой о землю, и мир снова завертелся в вихре телепортации.

Спальня в Ледяном Тереме больше не была ледяной. Стены остались прозрачными, пропуская свет звезд, но пол был устлан теплыми шкурами, а в камине горел живой, жаркий огонь. На огромной кровати, застеленной шелком, лепестками роз было выложено сердце. (Видимо, шишиги перестарались с романтикой, но я решила их не штрафовать).

Велемир опустил меня на ковер. Тишина обволакивала нас, отрезая от всего мира.

— Ну что, Мария Викторовна? — он начал медленно расстегивать пуговицы своего камзола. — Проект сдан? Акты подписаны?

Я сняла фату и бросила её на кресло. Волосы рассыпались по плечам. Я больше не была директором, менеджером, прорабом. Я была просто женщиной, которая нашла своего мужчину.

— Проект закрыт, — прошептала я, подходя к нему и касаясь его груди. — Начинается эксплуатация объекта в режиме «Долго и Счастливо». Иди ко мне, муж.

Мы упали на шкуры. И в эту ночь в Ледяном Тереме было жарче, чем в самом сердце вулкана.

Эпилог. Год спустя.

Я сидела в плетеном кресле на террасе нового, расширенного каменного особняка, который мы построили на месте старой избы. На коленях у меня лежал магический планшет (усовершенствованное блюдечко с сенсорным управлением), а рядом

…рядом в колыбельке, сплетенной из живой ивы, сопел «проект номер один» — маленький Велемир Велемирович. Малыш уже в три месяца проявлял недюжинные лидерские качества и умел замораживать кашу, если она была недостаточно экологически чистой.

— Так, Настя, — я коснулась поверхности блюдца, и на нем высветилась физиономия моей сестры. — Что там с отгрузкой в южные провинции? Почему логистика буксует? Опять водяные на тракте забастовку устроили?

— Никак нет, Мария Викторовна! — Настя поправила на голове стильную деловую повязку. — Водяным выдали премию в виде магической соли, теперь они чешуйки чистят, не до бунтов им. Первая партия «Морозной Клубники» уже в столице. Царь в восторге, Крючкотвор пишет оду на тридцати свитках.

— Хорошо. А что с Иваном?

— Иван на лесоповале, — Настя довольно улыбнулась. — Строит новый тепличный комплекс в три яруса. Говорит, медвежья сила в человеческом теле — это лучший инструмент для девелопмента.

Я отключила связь и вздохнула. Деревня преобразилась до неузнаваемости. Теперь это был не захолустный уезд, а столица агро-туризма. Везде стояли белые каменные дома, работали «пункты выдачи ягод», а по улицам ходили довольные шишиги в униформе уборщиков.

Маманя моя стала самой завидной невестой в царстве. После того как мой отчим прислал весточку, что нашел работу у другого деда (кажется, в филиале Санта-Клауса, но я не вникала), Маманя окончательно расцвела. Сейчас она жила в собственном флигеле, заве

…заведовала Департаментом Пряников и Стратегических Пирогов. Она наконец-то нашла свое истинное призвание — строила не меня, а поставщиков муки, и те дрожали при одном виде её парадной поварешки.

Я откинулась на спинку кресла, глядя на то, как над лесом расцветает нежно-розовое северное сияние. В моем прошлом мире это сулило бы проблемы с сотовой связью, а здесь это означало лишь одно: муж возвращается с инспекции северных филиалов.