Книга Капкан для Ректора, страница 2 – Алекс Найт, Кристина Римшайте

А ничего так ректоры живут… дорого и со вкусом.

Пахло кожей, древесиной и чем-то терпким, свежим. Кажется, одеколоном хозяина кабинета. Мебель из массива тёмного дерева. Пушистый ковёр под ногами, в сдержанной коричневой гамме. Массивный стол, на котором царил идеальный порядок.

Сам лорд Фредерик Вольфрам восседал в кожаном кресле с высокой спинкой. И при моём появлении не соизволил даже поднять взгляд от бумаг. Видимо, записи оказались интереснее скромной посетительницы в моём лице.

Зато я могла внимательно рассмотреть его…

Широкие плечи обтягивал строгий сюртук темно-сливового цвета, подогнанный по фигуре. Под ним белоснежная рубашка и шейный платок. Пшеничного цвета волосы с подпалинами собраны в тугой хвост. На красивом лице с яркой линией скул отпечаталась мина равнодушия.

— Что у вас? — продолжая просматривать документы, строго вопросил он.

От низкого урчащего баритона по спине побежали мурашки. И я невольно выпрямилась, с огромным трудом подавила желание отсалютовать, словно передо мной старший по званию.

— Алиша Стрэндж, — представилась сдержанно, слегка кивнула, хоть он и не глядел на меня. — Я отправляла вам прошение о переводе моей дочери…

— Отказано, — перебил он меня, не посчитав нужным дослушать.

Не отрывая взгляда от бумаг, ректор взмахнул рукой, отсылая меня, словно какого-то служку.

Злость во мне вскипела мгновенно.

— Вы даже не выслушали, — произнесла холодно и сделала короткий шаг к столу. — Сабина — лучшая на курсе. Она приезжала на олимпиаду, между прочим, в вашу академию. И взяла первое место. Вы только выиграете…

— Я непонятно изъясняюсь, мисс Стрэндж? — ректор, наконец, оторвался от своих ненаглядных бумаг.

Раздражённый взгляд льдисто-голубых глаз обратился ко мне.

Наверное, адепты тряслись от страха, когда ректор так на них смотрел. Меня же таким не пронять.

— Меня не устраивает ваш ответ. Я прошу рассмотреть моё прошение внимательней.

— Просите? — мужчина откинулся на спинку кресла, положив ладони на подлокотники. На холёном лице появилась кривая усмешка. — С таким выражением лица угрожают, а не просят.

— Видимо, вам редко угрожают, мистер Вольфрам, — осклабилась я, чуть опустила голову. — Это просьба. Настойчивая, — дополнила, ведь допускала, что после нескольких лет службы в городском управлении дознания, я подрастеряла навыки вежливого общения.

— Ах, просьба. Я понял, — ледяной взгляд скользнул от моего лица вниз и замер на уровне декольте.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Что вы себе позволяете? — процедила сквозь стиснутые зубы, испытывая смущение.

Невольно опустила взгляд и задохнулась от изумления. Кажется, столкновение с истеричной девицей имело большие последствия, чем я предполагала. Пуговица на груди не выдержала столкновения и расстегнулась. И теперь я предстала в весьма неприглядном свете.

— Это не то, что вы подумали, — спохватилась я, застёгивая проклятую пуговицу на рубашке.

— Вы плохо стараетесь, мисс Стрэндж, — продолжал издеваться ректор. — Посетительница, что приходила до вас, подготовилась лучше.

Он имеет в виду ту размалёванную девицу? И как он смеет сравнивать нас? Убью…

— Это оскорбление. Сейчас же извинитесь, — с нажимом потребовала я.

Сколько себя помню, у меня всегда возникали проблемы с формой. Из-за слишком большой груди приходилось заказывать индивидуальный пошив. Но я всего неделю в столице, и не успела найти подходящую модистку.