Книга Изгнанница на проклятом отборе, или Второй шанс для истинных, страница 49 – Кристина Римшайте

— Я бы на твоём месте отказалась от участия в отборе, – прозрачно намекнула она, вынуждая меня снисходительно улыбнуться.

— Как хорошо, что ты не на моём месте и тебе не приходится принимать такое непростое решение, – произнесла сочувственно и отошла, делая вид, что заинтересовалась книгами.

Самельтэ никак не могла простить меня за то, что её жених расторгнул с ней помолвку и начал увиваться за мной. К слову, его ухаживания я не принимала, но тот случай… бросил тень на Риту, за её спиной шептался весь «свет». Но я точно не была виновницей, ведь не подавала Эрику Янгу никаких знаков внимания и не отвечала на его.

Зато разговор с Ритой натолкнул меня на мысль, что только я являюсь счастливой обладательницей печати, которая убьёт меня в случае отказа или побега. Будь у Самельтэ такая же, она бы так легко не говорила о том, что покинула бы отбор на моём месте.

Остальные, судя по всему, здесь по доброй воле. Значит, Сераму очень нужно было моё участие в этом спектакле. Но чего он добивается? Разве он не должен ненавидеть меня и проклинать?

Двери распахнулись, гостиную заполонили слуги с подносами в руках. «Невесты» пришли в возбуждение, но виду старались не показывать. Я поймала на себе пристальный взгляд златовласой участницы и непринуждённо улыбнулась ей. Она отвернулась, поднялась с кресла и направилась к столу для чаепитий.

Полагаю, несмотря на предупреждение Серама, мне стоит быть постоянно настороже. Как хорошо, что я догадалась сунуть в потайной карман, спрятанный в ворохе юбок моего платья, флакончик с соком живицы. Уверена, он мне ещё пригодится…

* * *

Серам переместился в свой кабинет, где его уже дожидались братья. Калем недовольно ерошил волосы, на его лице отобразилась вселенская усталость. Даррэн читал книгу.

— Присматривайте за княжной, – велел он, проходя за свой стол.

Калем потянулся в кресле, хрустнул шейными позвонками.

— Почему ты так уверен, что Морена вернёт тебе с Аяной истинность?

Серам подавил желание ударить брата за его своевременные логичные вопросы и, сцепив пальцы в замок, произнёс:

— А я не уверен. Вообще ни в чём. Но шрам от метки не заживает и временами кровоточит. Пять лет прошло. Разве это ничего не значит? Должен был остаться безобразный рубец, как у Аяны, но появилась открытая рана…

— Ты видишь знаки там, где их нет, – недовольно поморщился Калем. – Твоя Аяна… пустышка. А, если Богиня не вернёт вам связь истинных, что тогда? Правда женишься на одной из претенденток?

Серам усмехнулся, откинувшись на спинку бархатного кресла.

— Почему нет. Я выбирал их по своему вкусу, – постучал пальцами по столу и продолжил. – Послушал совета одной мудрой женщины. Она сказала, представить, будто бы я правда выбираю себе невесту.

Калем дёрнул головой, выражая таким образом протест.

— Тогда зачем буквально силой вынудил княжну участвовать? А что, если метка истинности проявится не у неё, а у одной из участниц? – поинтересовался ехидно, приподняв бровь.

— Разве такое возможно? – всерьёз озадачился Серам. Отбор действительно затевался ради княжны и призрачной надежды возвращения истинности. Но с ней. Серам не думал о других девушках.

Калем передёрнул плечами.

— Кто знает, что задумала Морена и почему не позволяет метке зажить. Игры Богов жестоки, и ты это знаешь лучше меня.