Книга Академия Драго Тьмагов, или Как я притворилась парнем, страница 125 – Кристина Римшайте

Мне было противно наблюдать, как мой отец упивается собственным величием. Отец ли? Неужели я правда появилась на свет от такого циничного мерзавца? Двуличного. Хитрого. Изворотливого…

— Так и для чего я тебе? – мой голос прозвучал не так безразлично, как хотелось бы. Меня потряхивало. – К чему всё это? Ради власти?

— Ох, милая, – отец опустился передо мной на корточки. – Вас двоих вообще не было в моём плане. Видишь ли, я всегда считал своих детей бесполезными. Но если заметила, я был достаточно великодушен и не избавился от вас сразу. Вообще не планировал от вас избавляться, но признаюсь, когда мои планы стали рушиться из-за вас, стал об этом задумываться.

— О, ну да… спасибо за это, – вымолвила иронично, тщательно скрывая боль, что разъедала душу, отравляла кровь. Боль разочарования, обиды, сожаления… Я всё ещё не могла поверить в происходящее. Хотелось ошибаться. Закрыть глаза и очнуться. Очнуться от этого кошмара.

— Послушай… – отец раздражённо поджал губы. Он больше не казался подавленным и безвольным. – Тебе кажется происходящее несправедливым, несправедлива смерть твоего любимого брата… даже не думал, что ты так к нему привяжешься, но эта привязанность в итоге сыграла мне на руку, – усмехнулся, рассуждая вслух. – Я тебе скажу, что по-настоящему несправедливо. Несправедливо, когда тебя изгоняют за любовь, Сара. За любовь к смертной женщине, у меня отобрали крылья и выгнали с Края мира, а плод моей любви лишили дара. Дара серафима. Света…

— О чём ты? – прищурилась непонимающе. В голове творилось настоящее безумие. Виски разбивал пульс. – Какие серафимы, какой Край мира? – никогда не слышала большего бреда, но что-то подсказывало, сказанное отцом правда.

Он шумно вздохнул, вставая, и прошёлся. Остановился напротив меня и выставил ладонь на которой формировалась призрачная голубая энергия.

— Свет – это не проклятье. Это дар серафима, существа с Крайнего мира, могущественного, верного поданного тварей, провозгласивших себя богами. Мы несли спасение, оберегали людей и всегда были ближе к ним чем боги. И этот величайший дар унаследовала ты, а не Алекс. Меня наказали… Наказали, забрав не только крылья, но и любимую женщину, лишили сына света. И словно в насмешку подарили дочь. Бесполезную в мире людей. Что может женщина в Сальтарини? Ничего. Только детей плодить. А мне нужен был наследник… Думаешь, я хотел убивать собственного сына?

Растёрла лицо ладонями, пытаясь сглотнуть застрявший в горле ком.

— Откуда? Думаешь, я вообще хоть что-то знала или понимала? Я и сейчас ничего не понимаю…

— Ну… – протянул Эдвард, взглянув на наручные часы. – Ещё немного времени у меня есть, – он взял стоящий на другом конце комнаты покосившийся стул и сел на него. – Когда я потерял Алисью и понял, что сын лишён силы серафима, был в отчаянье. Не знал, что делать, куда пойти, но ухватился за единственное желание… Желание отомстить. Ты не представляешь… – он прервался, жадно втягивая воздух. Глаза сверкнули пугающим огнём. – Не представляешь, как сильно я жаждал мести, как мечтал свергнуть тех, кто лишил меня всего. Я подпитывался этим чувством и тогда решил играть в порядочного семьянина, добиться положения, влияния… Мне нужно было прикрытие.

— Элайза, – догадалась я. – Ты использовал её для отвода глаз, для отвлечения внимания.