Онлайн книга «Заноза для ректора, или Переполох в академии Тьмагов»
|
— Ну ладно… — я пожала плечами и спустилась с крыльца. Сунула руку в карман, достала три серебряника и подкинула на ладони. Надеюсь, этих денег хватит на несколько дней проживания. А если нет… предложу помощь в уборке, посуду мыть буду, если придётся. Всё равно, только бы не на улице спать… Во дворе лаяла собака. Я осторожно приоткрыла калитку, замирая испуганным зверьком… … лязгнула цепь. Пёс скалил зубы, угрожающе рыча. Тяжко вздохнув, обошла его по кругу, не реагируя на отчаянные попытки кобеля дотянуться до меня и тяпнуть. Вбежала на крыльцо и постучала кулаком в дубовую толстую дверь. Дурная это затея шастать ночью по подозрительным местам, но выбора у меня всё равно не было. — Кто такая? Зачем пожаловала? — в образовавшуюся щель просунулась голова в белом чепце. — Место ищу на ночлег, госпожа, — произнесла я, протягивая деньги. — На три дня постоя. И воды бы тёплой, еды немного, даже самой скудной. Хозяйка забрала серебряники и впустила меня. Взяла канделябр и, прикрывая рукой дрожащее пламя свечей, повела меня наверх. — Сиди тихо, на завтрак и ужин спустишься сама, в комнату подавать не стану. За твои гроши обойдёшься без обеда… — под ногами женщины скрипели половицы. — Я могу посуду мыть… — произнесла робко, ступая следом. — Вот ещё, — хмыкнула она. — Есть у меня помощница, дочь моя умница. Зачем мне прохиндейка с улицы? — Действительно… — буркнула устало и не забыла поблагодарить за ночлег и гостеприимство. Пустили и то ладно… Следующие сутки я спала. Меня не волновал жёсткий ватный матрас и колючее шерстяное одеяло, не волновали скрипящие ставни от малейшего дуновения ветра и не пугал жуткий вой под дверью, появившийся из-за сквозняка. Я билась в лихорадке. То приходила в себя, то вновь проваливалась в забытьё. Кажется, заходила хозяйка, проверить не померла ли я. Не померла. Она любезно оставила у кровати графин с водой и гранённый стакан, за что я искренне была ей благодарна. Жажда мучила страшная. Очнулась, когда за окном тускло светило неласковое осеннее солнце. Болело всё. Каждая косточка. А слабость мучила такая, что я едва добрела до уборной. С трудом умылась, привела волосы в порядок и спустилась в зал. Если сейчас время обеда, то мне не повезло… В дневном свете таверна не казалась такой пугающей. За дубовыми столами, на лавках расположились постояльцы. Где-то на кухне громыхала посуда, звякали ложки и вилки, в воздухе витал густой аромат жареного мяса. … рот наполнился слюной, а желудок мгновенно свело спазмом. — Маменька велела тебя накормить, — раздался сбоку робкий тонюсенький голосок. Повернула голову и вздёрнула бровь. Внимательными голубыми глазами на меня смотрела девчушка лет пятнадцати. Светло-русые волосы были убраны в косы, на конопатом лице красовался чуть вздёрнутый аккуратный нос. Не такой поросячий, как у меня сейчас. Скорее, как пуговка. Да и сама девочка была ладная на вид, в миленьком голубом платье с белым передником. Наверное, это и есть дочь хозяйки. — Спасибо, — сипло отозвалась я и прочистила горло. — Тебе помочь? Малышка качнула головой. — Ты за стол садись… вон там, в углу, а я всё принесу. Девчонка оказалась проворной и шустрой. По пути в кухню успела принять несколько заказов, протёрла столы влажной тряпкой, принесла мужикам пиво в тяжёлых деревянных кружках… |