Книга Развод в 45. Все только начинается, страница 51 – Даша Елизарова

— Это возможно вообще?

— Анонимно — да.

Леонид не признается. Он не скажет мне правду.

— Делаем, — киваю. — Александр, я не совсем понимаю один момент.

— Слушаю, — придвигается ближе.

— Рустам говорил мне, что у Леонида долги.

— Верно, Рустам Арсенович давал мне вводные, чтобы у меня было как можно больше информации.

— У меня есть подозрение, что Леонид хотел развода, чтобы получить часть нашего имущества и покрыть карточные долги, — кратко пересказываю условия контракта. — Но я не могу понять: если он уводил деньги из фирмы, то почему не расплатится ими? Зачем устраивать все эти сложности с разводом?

— Скорее всего, деньги переведены в офшор или на них куплена недвижимость. Но за Литвиновым она не числится. Деньги из оффшора не так-то легко вывести, не привлекая к себе внимания, ну а если имущество записано на Нефедову, то она может отказать в продаже. После развода же продать имущество можно практически сразу.

Роняю лицо в руки. Хочется проораться, потому что эмоции душат.

Даю себе пару минут на передышку, выдыхаю.

— Александр, эти манипуляции с переводами по какой статье классифицируются?

Мошенничество?

Детектив опускает взгляд в документы.

— Арина, тут такое поле непаханое, честно скажу. Это и мошенничество, и регистрация незаконных сделок с недвижимым имуществом, и отмывание денежных средств. Плюсом можно раскрутить клубок с аудиторами, потому что, очевидно, результаты проверки были куплены. Не исключаю, что давали и другие взятки. Тут нужен грамотный юрист, это не совсем мой профиль.

Внутри все леденеет.

— Александр, делайте тест ДНК, собирайте доказательства. Я пойду до конца и засужу своего мужа.

Детектив впервые за две наши встречи победно улыбается:

— Как вам будет угодно, Арина.

Арина

Месть имеет запах.

Я чувствую его где-то глубоко внутри себя.

Запах гнили, пепла, плесени. И все это разом, вперемешку. Компот из боли и решимости, из предательства и потери. Из неустрашимости и смелости.

Внутри меня растет что-то большое и сильное. Страшно озлобленное, разъяренное донельзя.

Никаких слез. Ни капли.

А вот разочарование кипит, как кофе в турке, выплескиваясь на плиту.

Столько всего. И ведь я знала, чувствовала, что у Лени есть секреты. Но я не думала, что секретами окажутся скелеты в шкафу. В буквальном смысле этого слова.

Там трупы прошлых предательств, запах которых я услышала только сейчас.

Интуиция мне подсказывает, что есть еще кое-что.

Я поднимаю сухую веточку с земли и ломаю ее, кидаю в реку. Слабый поток воды забирает ее, унося далеко.

Я вышла из офиса детектива. Очень хотелось побыть одной, и единственное место, которое пришло мне на ум, где я могла бы уединиться, — берег реки, куда когда-то привез меня Алик.

Домой я решила пока не ехать. Наверное, я тронулась умом, но мне кажется, что едва я войду в комнату, как увижу призрак своего отца, который скажет назидательное: «Я же говорил тебе, Арина. Гнилая кровь».

Отец считал, что Леонид просто слабак, но тот оказался волком в овечьей шкуре.

И ведь у кого воровал? Не у меня. У своих детей. Потому что это их будущее. Наследство, которое перейдет им когда-то. Именно дети встанут у руля вместо нас.

Столько лет он это делал. Это не ошибка, не стечение обстоятельств. Он крал деньги у нас у всех планомерно.