Книга Развод в 45. Все только начинается, страница 44 – Даша Елизарова

Краснею, как чертова девственница.

Это что за словечки такие? Или мой мозг виноват в том, что я представляю в своей голове?

Байсултанов же сидит как ни в чем не бывало.

В перелете он отвлекается на работу. Сосредоточенно читает что-то на планшете, отвечает на сообщения и письма.

Из аэропорта нас также везут его люди. Едва машина паркуется у моего дома, Рустам поворачивается ко мне:

— У меня есть несколько квартир в городе, они пригодны для жизни, но пустуют. Я предлагаю тебе переехать в любую из них.

— Не хочешь, чтобы я возвращалась к мужу?

Кладу пальцы на руку Рустама:

— Тебе не стоит переживать по этому поводу. В конце концов, у меня тоже есть недвижимость, куда я могу съехать. Но спасибо за приглашение.

Уже на пороге собственной квартиры я замираю и думаю, так ли неуместно было предложение Рустама.

Потому что у входной двери стоит батарея чужих женских туфель, босоножек и прочей обуви, а из глубин самой квартиры слышна возня.

Иду на звук, чтобы замереть на пороге спальни.

Потому что именно на нашей супружеской кровати мой некогда благоверный муженек трахает неизменную Аллочку.

Арина

— Ну нихера себе! — произношу я с чувством, с толком с расстановкой.

С детства мама учила меня, что сидеть за столом с локтями — неприлично.

Чавкать — табу.

А лицо нужно держать всегда, даже когда хочется разреветься, как маленькой девочке.

Что матерные слова это очень, ну просто-таки катастрофически плохо и очень некрасиво, особенно для леди.

Но сейчас тут больше нет леди.

— Да вы охуели! — восклицаю в голос.

— Писеныш! — хныча, Аллочка отползает на другую сторону кровати, прикрывая свои сделанные сиськи моей шелковой простыней, которая теперь подлежит сожжению.

— 0, а ты чего вернулась, Арин? — Леонид выползает из-под одеяла и абсолютно не стесняясь натягивает на свою волосатую жопу трусы, которые я собственноручно привезла ему из Франции.

Подхожу и с силой замахиваясь, припечатываю Леониду пощечину.

Его голова дергается, он кривится — видимо, звенит в ушах.

И отлично, что звенит. Я бы ему еще кастрюлю на голову надела и прошлась по черепушке половником.

— Ты совсем сбрендил, Леонид? Приволок эту… — перевожу взгляд на трясущуюся Аллочку, — эту шлюху в мой дом! На нашу кровать.

— 0 как мы заговорили! — Леонид расплывается в мерзкой улыбке. — Неужели ты к сорока пяти годам начала ругаться матом! Арина, как ты можешь! Твои старики в гробу перевернутся.

И начинает паскудно ржать.

Не думая о последствиях, я хватаю первый попавшийся предмет и запускаю им в мужа.

Это оказывается ваза. С меткостью у меня проблемки, так что вместо тупой башки ваза прилетает Леониду в плечо и падает на пол, разбиваясь на мелкие осколки.

Леонид стонет, Аллочка бросается к нем;

— Писеныш, ты ранен? Сейчас вызову скорую.

— Лучше ментов вызови, чтобы они зафиксировали факт нападения! — говорит сдавленно.

Выставляю палец в сторону Аллочки:

— Только двинься, сука. И ты узнаешь, на что способна рассвирепевшая женщина.

Клянусь, от тебя мокрого места не останется!

Я не знаю, что она видит в моих глазах, но пятится назад, к окну, подальше от Леонида и меня.

— Я же тебя в порошок сотру! — шиплю на мужа. — Думаешь, можешь позволить себе все что угодно и я схаваю это? Облезешь, родной. В прямом смысле. Потому что клянусь — с тебя снимут кожу. Будут сдирать медленно, лоскут за лоскутом, без наркоза и анестезии!