Книга Развод в 50. Когда давят рога, страница 80 – Вера Рэй

— Да, сын у меня не любит принимать подачки. Все сам…

В детстве перед его глазами было два примера мужского поведения — папин и дедов. Хорошо, что сын пошел по стопам моего отца, а не стал такой же тряпкой, как Миша… Кто-кто, а Гордин — это явный пример человека, предпочитающего жить на всем готовеньком. Такой себе альфонс на минималках, прикрывающийся за ширмой бесконечных стартапов… Только… Он забывал всегда упоминать, кто ему давал деньги на эти «прибыльные бизнесы».

— Толковый парень. Слушай, может, стоит ему позвонить? Рассказать о случившемся?

— Да нет. Не хочу волновать ребят до утра. Завтра заедем за флешкой, тогда, может быть, и расскажу. У них сегодня важный день. Не хочу, чтобы послевкусие от помолвки омрачалось беспокойством обо мне. Слава Богу, все обошлось. Благодаря тебе… — зашли в лифт, он выбрал нужный этаж.

— Ого, неужели ты признала, что я тоже бываю полезным, — он рассмеялся. — Значит так, я много не ем, матом не ругаюсь, руки растут откуда надо и…

Все это время мы не переставали беседовать. Соколов сегодня болтал даже больше, чем обычно. Его монотонный голос отгонял плохие мысли, и я расслаблялась. Между нами была шуточно-игривая атмосфера.

— Что? Ты сейчас рекламируешь себя, как жениха?

— Мммм, — он сжал губы в «трубочку». — Вообще-то, я надеялся на постоянную должность хотя бы твоего телохранителя. Но если ты настаиваешь… Давай, ни тебе, ни мне… Я готов занимать обе должности одновременно.

— Ох, Соколов… — я громко хихикнула.

— Ну вот… Мне удалось тебя развеселить. А то непривычно видеть тебя такой загруженной. Обычно ты либо злишься на меня, либо… злишься на меня.

— Значит, ты сейчас опять пытался меня разозлить?

— Я пытался тебя отвлечь от плохих мыслей, Шишкина. Уж лучше на меня ругайся, но, пожалуйста, не замыкайся в себе. Не бойся, тут безопасно. Даже если кто-то и решит сюда проникнуть, ему придется пересечь несколько пунктов пропуска — несколько кодов доступа и… консьержа. О, знаешь, какой тут строгий консьерж?!

Лифт поднялся до нужного этажа. Мы оказались в длинном тамбурном пространстве с доступом в несколько квартир на этаже. Здесь было очень чисто и ухоженно. Стены покрыты светло-бежевыми панелями, которые эффектно контрастировали с дверьми цвета спелого каштана. На полу — темно-серый ковролин. На белоснежном потолке — лампочки с датчиками движения. Все минималистично и со вкусом, выполнено в современном стиле.

— Нам сюда, — Соколов остановился возле одной из однотипных дверей.

У двери красивый коврик с надписью «добро пожаловать». Прямо с коридора веет атмосферой уюта и гостеприимства.

Прокрутил ключ в дверном замке, на правах гостьи пропустил меня вперед. Я оказалась в красивой светлой студии. На 30 квадратах было все — кухня, гостиная и спальная зона. Соколов вошел следом и положил мою небольшую дорожную сумку на прикроватную тумбочку.

— Располагайся. Чувствуй себя, как дома…

— Как дома не хочу…

— Значит, чувствуй себя как в гостях, где тебе очень рады.

Кровать была настолько мягкой и удобной, что меня моментально окутало приятной негой, как только я залезла под одеяло. А хлопковая ткань постельного белья обволакивала мою кожу свежими ароматами лавандового стирального порошка. Ортопедическая подушка идеально подстроилась под мою голову.