Книга Развод в 50. Когда давят рога, страница 52 – Вера Рэй

— А ты разве умеешь замки устанавливать?

— Мужчина должен уметь все! Ты иди кушай, а я пока делом займусь.

Его неожиданная доброта меня настораживает. Я ведь с ним потом не рассчитаюсь! Не хочу быть обязанной. Но… Он настойчивый, и теперь его не переубедить.

Я зависла, когда Соколов стал закатывать рукава на своей рубашке. Когда он присел перед дверью, чтобы открутить шурупы, тесная одежда на нем захрустела. Мышцы то сжимались, то расслаблялись с каждым его движением.

Кто бы мог подумать, что рукастый мужчина — это так сексуально.

Мои слюнные железы заработали на 400 %, и на этот раз точно не из-за пакета, который я все еще держала в руках.

Какой кошмар!

Нет, только не Соколов. И почему мой взбудораженный мозг решил сейчас переключиться именно на Севу?

Может потому, что после предательства мой организм всего лишь ищет утешения? А Соколов — единственный мужчина, оказавшийся в шаговой доступности.

Но это не означает, что я должна поддаваться этим хищным инстинктивным желаниям.

Сейчас все пройдет. Это просто голод так на меня влияет. Клетки бунтуют и посылают в мозг какие-то странные позывы.

С аппетитом откусываю большой кусок шаурмы. Давно я такое не ела. Гордин меня убеждал, что мы то — что мы едим, что мы одеваем, на чем мы ездим, с кем дружим и общаемся. И высокий статус предполагает дорогие шмотки, устрицы на ужин, автомобиль премиум-класса и все остальные излишества.

Но мне все эти «надо» уже поперек горла стоят. Иногда так хочется делать то, чего, действительно, хочется!

Надеть дешевые, но удобные шмотки. Гулять по набережной с близким человеком… С которым, действительно, интересно просто поболтать на любые темы, а не только о работе.

— Слушай, у тебя там полотенца нет, — Сева садится напротив, вытирая руки о штаны.

— Там есть сушилка для рук.

— Ааа, я не заметил. А чем обычные полотенца не угодили?

— Не мне… Муж бывший так захотел. Видите ли, микробов боится.

Но жизнь показала, что он сам — один огромный… нет, не микроб даже. А паразит!

— Ну, чем бы дитя ни тешилось. Кстати, у тебя там кран в ванной немного подтекает. В следующий раз я мог бы починить.

— В следующий раз я вызову сантехника, если понадобится. Сев, ты и так для меня много сегодня сделал. Спасибо.

— Лида Шишкина благодарит? Надо пометить этот день в календаре красным цветом…

— Вечно ты со своими шуточками. Серьезно, сколько я тебе должна? А то мне неудобно за бесплатно принимать твою помощь.

— Ладно, отдашь натуралкой!

— Чего? Ты офигел?

— Да я не о том. Натуралкой — натуральным питанием. Кто о чем думает, Шишкина!

— Дурак…

— Ладно, не сердись. Я на самом деле ведь сто лет не ел домашнюю еду. Как дочь сюда переехала, так я только благодаря ресторанчикам и выживаю. Так что, если хочешь меня отблагодарить, то с тебя ужин.

Нет уж… Ужин — это слишком интимно. Может, еще и при свечах?

— Посмотрим на твое поведение, Соколов. Пока ты заработал только завтрак, — пошутила я осторожно.

Мы еще около часа просто так просидели за столом, болтая о всяком. Время с ним пролетело незаметно. И в какой-то момент я поймала себя на мысли, что Соколов вполне подходит на тот эфемерный образ близкого человека из моей недавней фантазии.

Нет, только не он! Снова мысленно твердила себе.