Онлайн книга «Брат мужа. Сожженная в его любви»
|
Она ставит на стол поднос с высоким графином с красной жидкостью. Тут же уходит. — Это гранатовый сок. Тебе сейчас остро необходим. Ты бледная. Повышает железо. Наливает и протягивает мне. Я пригубляю слегка вяжущий терпкий напиток. Вкусно. Чуть не давлюсь, потому что только в процессе замечаю, что он внимательно смотрит на то, как я пью. Ставлю стакан на стол. На моих губах капельки сока. Я чувствую. И он словно бы ловит их глазами. Щеки краснеют. — Отлежись еще пару дней. А потом начнете занятия. Проводи время на балконе. Давай я выставлю туда стул для твоего удобства. Он делает это, не дожидаясь моей реакции. Я наблюдаю молча, а внутри сто тысяч эмоций и вопросов после этого совета… — Шахбан… Когда я смогу уйти из вашего дома? — все-таки не выдерживаю и нервно облизываю губы, — мне нужно как-то обустраивать жизнь… Я учебу не закончила из-за Мусы. В идеале вернуться к учебному году… — Я все уже сказал, — прерывает меня он, — идда. А еще решение по твоим фото. Вопрос, Элиза, отсрочен… Я должен точно знать, что это клевета, а не порок на чести моей семьи… — Я не верю чужой экспертизе! — говорю в сердцах, — кто сказал, что она тоже не будет подставной! Здесь все меня ненавидят! Он молчит, смотря на меня тяжелым взглядом. Не могу понять его эмоций! — Но я говорю тебе, что там не я! Хотя бы потому, что там на спине у подделки нет родимого пятна, а у меня есть! Если бы Муса был внимательнее, он бы увидел… Я отвечаю… — Хорошо, Элиза, — вдруг произносит он, прерывая меня, — встань и разденься… — Что?! — Есть только один способ доказать твои слова… Открой спину и покажи родимое пятно… Мое сердце пропускает удар, а затем пускается в галоп, больно бьюсь о ребра. Воздух застревает в горле. Его голос звучит низко и ровно, но в этой ровной интонации чувствуется сталь. Он не шутит. — Я… — мой голос срывается. Я комкаю в пальцах край своей футболки, чувствуя, как предательски теплеет кожа. — Здесь? — Здесь, — отрезает он, не сводя с меня этого непроницаемого взгляда. Глупо отказываться. Это мой единственный козырь, единственное доказательство, которое я могу предъявить здесь и сейчас. Я сама об этом ляпнула. Глупая, глупая… Делаю глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в пальцах. Медленно, с ужасающим чувством обнаженностт, хотя я все еще в одежде, я поворачиваюсь к нему спиной. Пальцы дрожат, когда я берусь за край футболки. Ткань ползет вверх, открывая сначала полоску кожи на пояснице, потом выше. Я замираю, стянув футболку до середины лопаток. Спина открыта, прохладный воздух комнаты тут же овевает разгоряченную кожу, вызывая мурашки. Я слышу, как он встает с дивана. Шелест его одежды, легкий скрип половицы. Он приближается. Сердце колотится уже где-то в горле, мешая дышать. Я сжимаю край футболки в кулаках, вцепившись в нее как в спасательный круг, и смотрю прямо перед собой в стену, боясь пошевелиться. Тишина длится вечность. А потом я чувствую его дыхание. Теплое, обжигающее, оно касается моего плеча, спускается ниже, к лопаткам. Оно легкое, но я ощущаю его каждой клеточкой, каждый волосок на затылке, кажется, встает дыбом. Он совсем близко. Так близко, что я почти физически чувствую исходящий от него жар… И вдруг — прикосновение. Невесомое, мимолетное, словно он проверяет, настоящая ли я. Подушечка его пальца проводит по краю родимого пятна, которое я знаю с детства. Контраст обжигающий: его грубая, теплая кожа и моя, покрытая ледяными мурашками. Длится это одно мгновение, но внутри меня словно разряжается молния. Острая, сладкая вспышка пронзает низ живота, заставляя меня закусить губу до боли. |