Книга Она моя дочь?, страница 80 – Соня Вишнякова

— Чего это ты в облаках витаешь, о чем задумался? Не о том ли, как поскорее вызволить меня из этого ужасного места? — скосила взгляд Тамара Андреевна.

— Доктор сказал, ещё пара дней…

— Мало ли что сказал доктор, слушай, что говорю я, а я хочу, чтобы завтра вы притащили сюда мою правнучку. Надеюсь, вы уже сказали ей, что я тоже ей родственница. Причём не такая уж и дальняя.

Давид как-то резко дернул головой и на меня глянул скорее вопросительно, словно спрашивая: «Ты сказала своей дочери?»

Хоть и непонятно, что именно.

— Нет, я не говорила, — я смутилась, не понимаю, что происходит, почему он такой.

— Ну, так, пора уже сказать, — Тамара развела руки в стороны, показывая, что мы давно должны были это сделать.

— Скажем, обязательно… когда придёт время, — проговорил Давид, явно не слишком довольный этой беседой.

— Ну, хорошо, — откинулась на подушке Тамара и вздохнула, стало заметно, она не слишком хорошо себя чувствует, но пытается показать нам обратное, — Давайте, что вы там притащили? — протянула руку, указывая на пакет в руке Давида.

Он начал выкладывать на тумбу фрукты и сок.

— Одно и то же, вам не кажется? Не мучьте меня, принесите шоколадку или тортик…

— Разве тебе можно? — нахмурился Давид.

— Какая тебе разница, я сама решаю, можно или нельзя, — огрызнулась Тамара.

— Нужно выполнять предписания врачей, — строго сказал он.

— А я, по-твоему, что делаю, валяясь целый день в этой кровати? Не будь вредным родственником, завтра принеси мне кусочек шоколадного тортика. Нет! Два.

— Ладно, принесу, но сначала спрошу у доктора…

— Ну, вот ты опять, — ткнула пальцем в Давида, а потом, обращаясь ко мне, — ты видишь какой он дотошный, с ним шутить нельзя. А мог бы и принести родной бабке торта, может, тот кусок будет последний.

— Тамара, я тебя прошу, не нужно болтать такое, — Давид ещё сильнее нахмурился, теперь и она заметила, что он недоволен.

— Какое — такое? Нужно называть вещи своими именами, я уже и завещание подписала сегодня, приходил мой юрист.

Давид серьёзно глянул на Тамару.

— Я ничего не хочу об этом знать.

— Ладно, как хочешь, — пожала она плечом, — пусть это будет сюрпризом, для вас для всех.

Ещё пару минут мы потоптались.

— Ладно, идите, займитесь чем-то более полезным. Нечего вам тут с бабкой тусоваться.

— Нам не тяжело, — усмехнулась я, пытаясь поддержать её шутливое настроение, опять же, не хочется показаться безучастной, потому что настроение Давида давно испортилось. Он уже какое-то время думает о чем-то другом. И в этом виновата не Тамара.

Тогда кто?

Если я, хочется узнать в самое ближайшее время, что случилось.

Из палаты мы идём по коридору немного порознь, как и сюда пришли. До этого он без конца брал меня за руку, а тут вдруг перестал.

Что происходит?

Прошли стеклянную дверь, вышли на широкое больничное крыльцо, здесь я остановилась.

— Что-то случилось? — повернулась к нему.

— Нет, с чего ты взяла, — сказал Давид, сосредоточенно глядя в сторону.

— Ты какой-то серьёзный стал.

— Мне нужно уехать, — вдруг сказал, как будто вот только сейчас это решил.

А я почувствовала в его словах внезапный холод.

— Если нужно, езжай, — ответила я.

Мы сели в машину и в полной тишине доехали до моего дома. Остановились у подъезда. Вышли из машины. Давид протянул мне ключи.