Книга Развод. Она будет моей, страница 18 – Оксана Алексаева

— Дурак! — воплю я во все горло. — Я не умею плавать!

— Прости, я не знал, — как ни в чем не бывало произносит Гордеев, и прижимает меня к себе крепче. Такой горячий… Вцепляюсь в его торс ногами, руками же обхватываю шею. Да, со стороны это может показаться слишком интимно, но пойти снова на дно мне вовсе не хочется. Поэтому прилипаю к нему мертвой хваткой.

— Как водичка? — прижав меня к бортику спиной, хрипло выдыхает.

— Н-нормальная… — утопая в затуманенных глазах, сиплю. От жара его тела и я вся горю, температура воды ощущается как запредельно высокая. Словно в лаве находимся.

Гордеев дотрагивается губами моего лба, затем носа, шеи, за ушком… Боже, да я сейчас взорвусь от сладкого напряжения, возникшего в моем теле!

— Прекрати… — шепчу сдавленно.

— Зачем? Ты же сама также этого хочешь, — произносит он, и в меня упирается…его вставшее достоинство.

— Ошибаешься! — выпаливаю я, и пытаюсь вырваться. Вот только понимаю, что освободившись от его захвата, тут же пойду ко дну. Черт, да я в ловушке!

Гордеев накрывает мои губы страстным поцелуем, кусает, посасывает, грязно потешаясь над моим ртом. Да что он себе позволяет, в конце концов?!

— Ты уже один раз поцеловал меня против моей воли, может пора остановиться?! — возмущенно хлопая его по плечам, выпаливаю истерически.

— Не отталкивай меня. Я же вижу, как ты реагируешь на меня, — томно произносит Максим, при этом так тихо и спокойно, будто пытается успокоить мою бурю внутри. — У нас все еще может случиться шикарная первая брачная ночь, — расплывается в ехидной улыбке. От его слов лицо вспыхивает огнем. В животе разливается сладкая истома. Нет! Я не позволю! Знаю же, что окажусь его очередной… А потом, когда все закончится, мы разведемся и Гордеев забудет меня! А я…а я останусь с разбитым сердцем. Нельзя позволять, чтобы это произошло.

— Только посмей…

Лера

Весь следующий день стараюсь по максимуму избегать Гордеева. Чем реже мы будем видеться, тем для меня будет лучше. Поэтому рано утром, пока он еще спит в соседней комнате, сбегаю на прогулку и торчу в местных окрестностях до самого вечера.

Когда прихожу в номер, то складывается ощущение, что Гордеев будто бы только меня и ждал.

— Где была? — обыденным тоном спрашивает. Думала, что будет злиться за то, что ушла без предупреждения, но нет. Выглядит спокойным и непринужденным. Расхаживает в одних лишь брюках, светя своим рельефным торсом. Издевается, паршивец. Признаю, что он самый красивый мужчина из всех, кого мне доводилось встречать.

— Гуляла, — стараюсь отвечать так же легко и ровно, но сердце отчего-то начинает бешено долбиться об ребра. Это все из-за его присутствия рядом.

— Нарочно меня избегаешь? — его тон меняется, и теперь звучит с упреком. Теряясь, лишь отрицательно машу головой.

— А ты знала, что гулять одной, в чужой стране, без какого-либо сопровождения — очень опасно? — строго цедит, плотно прижимаясь ко мне, отчего я начинаю пятиться назад. До того момента, пока спиной не прижимаюсь к стене. Макс продолжает напирать. В глазах загорается возмущение.

— Я вовсе не должна перед тобой отчитываться, — сквозь внутреннее волнение выдаю. Макс упирает руки в стену, нависая надо мной. Когда он так близко, я словно дышать перестаю.

— Не забывай, что ты моя жена, — резким тоном произносит. Глаза темнеют, зрачки расширяются.