Книга После развода. Спаси нас, страница 7 – Оксана Алексаева

Матвей.

Сколько бы я ни старалась, забыть не выходит. Интересно, счастлив ли он теперь? Женился ли на Гале? Вспоминает ли обо мне хоть иногда? Или вычеркнул, как страницу с ошибкой?

Слава тем временем рассказывает что-то про работу, про ремонт в его кабинете… Я киваю, поддакиваю, а мысли уже там, у врача, у распечатки с диагнозом.

Сердце.

Моё бедное, слабое сердце…

— Эль, ты какая-то бледная, — неожиданно говорит Слава. — Тебе нехорошо?

— Нет-нет, всё в порядке, — я будто спохватываюсь и натягиваю улыбку. — Просто немного устала, вот и всё.

— Может, заехать в аптеку? Взять витамины? — Не стоит. Правда. Я просто домой хочу.

Он кивает, не спорит. Всегда такой — спокойный, ненавязчивый. И всё равно внутри тяжелеет: чем больше добра Слава для меня делает, тем сильнее моё чувство вины. Мне кажется, я не заслужила такую доброту.

По дороге молчим. Радио тихо играет, за окнами мелькают снежные деревья, редкие прохожие.

Я смотрю на город и думаю, что прошлое будто стерлось, как старое имя с паспорта. Но шрамы всё ещё внутри. Даже новый цвет волос не помог забыть ту, старую себя. Рыжий стал моим щитом: новая внешность, новая жизнь. Волосы обрезала. Теперь они едва касаются плеч, а раньше их длине мог позавидовать любой. Да и лицо словно другое стало. Глаза тусклее.

Совсем другая. Уже не Элеонора. Теперь — Элина. Все та же Эля, но в то же время совсем другая…

Руки, сложенные на коленях, подрагивают. Слава это замечает, бросает короткий взгляд в мою сторону.

— Замерзла? Прибавить тепло?

— Нет, — улыбаюсь натянуто. — Всё хорошо.

Слава подъезжает к дому, помогает мне выйти из машины. Двигаюсь осторожно, чувствуя тяжесть живота. Ребёнок тихо толкается, словно напоминает:

«Я здесь, мам, не бойся».

Мой маленький… Я буду жить для тебя. Даже если моё проклятое сердце будет давать сбой. Я сделаю для тебя все.

— Спасибо, что подвёз, — благодарю Славу, когда он провожает меня до подъезда.

— Не за что, Эль, — бодро отвечает. — Звони, если что-то будет нужно, ладно?

Я киваю и улыбаюсь.

Пока не закрывается дверца, пока его машина не уезжает, держусь ровно. А потом… Потом выдыхаю. И чувствую, как по щеке скатывается первая слеза.

Поднимаюсь в квартиру медленно, ступенька за ступенькой. Сразу ложусь на кровать, кладу ладонь на грудь.

Сердце бьётся неровно, будто спотыкается. «Дилатационная кардиомиопатия».

Это слово будто клеймо. Я никогда не думала, что со мной может быть что-то серьёзное. Всю жизнь чувствовала себя бодрой и здоровой. А теперь внутри растёт новая жизнь, и именно сейчас тело решило напомнить, что я не железная.

Закрываю глаза.

Перед мысленным взором всплывает Матвей: его лицо, руки, тот взгляд, когда-то полный тепла. Он разрушил меня, разбил это самое сердце. Может, болезнь — продолжение ада? Или просто совпадение?

Нет. Хватит.

Хватит думать о нём.

Я не Элеонора. Я — Элина Викторовна Чернова. Другая. Сильная. Живая. У меня ребёнок, который зависит от меня больше, чем кто-либо другой.

Сердце… Его нужно вылечить. Физически — у кардиолога.

И душой — выкинуть Матвея из памяти. Наглухо. Навсегда.

Только так оно перестанет болеть.

С самого утра всё идёт не так.

Просыпаюсь раньше будильника. Сердце стучит не то от страха, не то от предчувствия. Воздух в спальне кажется густым, липким. Секунд двадцать просто лежу, глядя в потолок, и не могу заставить себя подняться.