Книга Наше небо на двоих, страница 82 – Алла Касперович

— Кристина?

— Мм?

— Я хочу познакомиться с твоими родителями. Нормально, а не как в прошлый раз. Спроси, пожалуйста, когда им будет удобно.

Сердце Кристина билось ничуть не менее гулко и быстро, чем у него.

Назад к дому Кирилл Кристину не повёз, но исключительно из-за того, что она захотела прогуляться в одиночестве, немного проветрить голову. Договорились только о том, что Кристина напишет ему, когда уточнит у родителей, когда устроить официальное знакомство.

А пока она неторопливо шла по солнечному городу и наслаждалась прогулкой. К тому же было о чём подумать. И дело не касалось ни родителей, ни даже Кати. Сегодня Кристина вдруг почувствовала то, что не удалось вызвать даже хвалёному красавчику и первому парню универа, а заодно и её бывшему. Рома так и не сумел вызвать в ней желание. Кирилл же одним своим присутствием заставлял её хотеть большего. Может быть, время пришло?

Однако страх по-прежнему никуда не делся. Впрочем, торопиться вовсе не обязательно, куда лучше смаковать каждое мгновение, каждое новое открытие. Вместе.

Домой Кристина вернулась только к обеду, не встретив у подъезда Рыжика. Видимо, отправился патрулировать территорию. Ни одну из его лавочек пока никто не занял и занимать не собирался, как если бы кот наложил на них какое-нибудь заклятие невидимости или нежелания на них сидеть.

В квартире Кристину ожидал сюрприз: оба родителя оказались дома.

— Мам, пап, что случилось? — ахнула она, когда увидела их сидящими на кухне, а на столе стоял большой пластиковый прозрачный ящик, служивший в их семье аптечкой.

— Дурень твой папа, — с мрачным видом изрекла мама, намочила ватный диск хлоргексидином и, не особо церемонясь, принялась обрабатывать его лицо, обычно холёное, а сейчас украшенное фиолетовыми синяками и кровавыми ссадинами. — И какого… простите, полез на молодого физкультурника? Сам, мать его, когда в последний раз в тренажёрку ходил или бегал?! Да он же даже драться, идиот, не умеет!

Папа стоически терпел «заботу» и улыбался, не обращая внимания на кровоподтёки в уголках губ:

— Зато я ему нос сломал.

— Идиот, — вздохнув, заключила мама. — А если он тебя засудит?

— Не засудит, — хмыкнул папа. — Это он идиот, а не я. — Он выдержал паузу, дождался, что обе дамы слушают его внимательно и перебивать не намерены, и сообщил: — Я на диктофон записал, как он хвастался, что из-за него столько девчонок себя голодом морили. Если я другим отцам отправлю, там целая очередь выстроится из тех, кто захочет его разукрасить. А я кое-кого из Катькиного класса знаю. Маринкин батя — профессиональный боксёр.

Мама посмотрела на него с внезапным уважением и продолжила обрабатывать его раны куда более аккуратно.

— А если он не испугается? — усомнилась Кристина. — Уже и лето прошло, и Руслан этот… как его?.. Геннадьевич больше в школе не работает.

— Ха! — выдал папа. — А я подстраховался! Папка не дундук, папка соцсетями пользоваться умеет. Этот х… э… товарищ там весь такой хороший, положительный. Невеста у него из богатых, я проверил. Я пригрозил, что в сеть разговор солью, если он хоть что-то против меня вякнет!

Расчувствовавшись, мама поцеловала его прямо в разбитые губы. Кристина же подумала, что пока официальное знакомство с родителями, похоже, стоило отложить.