Книга Наше небо на двоих, страница 101 – Алла Касперович

Вкратце она рассказала то, что с нею произошло во время прогулки за кофе-чаем. Разумеется, она умолчала о том, что ей прямо в голову прилетела ветка. Сотрясение есть? Нет! Вот и не стоит родительницу беспокоить, тем более что тогда и менее эмоционально уравновешенный родитель начнёт волноваться.

— Ладно, — вздохнула мама. — Я папе сама позвоню. А ты иди в ванну отогреваться. — И тут она хмыкнула. — Вечером пирожных принесу — будем праздновать твою добычу.

— Угу.

Оставалось только придумать, как связаться с Кириллом. Лучшее, что пришло в голову Кристине — съездить к нему самой, когда прогреется, высохнет. И когда погода за окном перестанет напоминать природный апокалипсис.

Мокрая одежда не желала сниматься, но Кристина с ней как-то справилась. Зеркало не порадовало: там, куда ударила ветка, запеклась кровь. Поэтому к обычным банным принадлежностям добавился ещё и хлоргексидин.

Прежде чем греть тело в ванне, Кристина приняла душ, тщательно смывая с себя то, что нацепилось в луже. Вода стекала чрезвычайно мутная, как если бы не человек мылся, а мохнатая гигантская собака, извалявшаяся в грязи. Преувеличение, конечно, но у Кристины сложилось именно такое впечатление.

Ранка на голове саднила и пульсировала. Увы, пластырем такую не заклеишь, а сама себе повязку наложить Кристина не сумела бы. По крайней мере, родители так ни о чём не догадаются. Расслабившись в горячей ванне, Кристина едва не уснула, но в какой-то миг встрепенулась и поскорее выбралась. Не хватало ещё замёрзнуть в быстро остывающей воде.

Кристина вытерлась насухо, замотала голову полотенцем — побоялась использовать фен из-за раны, — и отправилась на кухню, чтобы наконец выпить что-нибудь горяченькое. Выбор пал на чай, что Кристину немало удивило, ведь ходила-то она в основном именно за кофе. Голод куда-то подевался, зато с новой силой навалилась сонливость. Глаза слипались, а тело начало знобить.

«Только бы не заболеть! Только бы не заболеть!»

Прежде чем улечься под тёплое одеяло, она измерила температуру. Тридцать восемь и два.

«Опять заболела…» — с сожалением подумала Кристина и провалилась в сон.

Когда вечером вернулись мама и папа, она всё ещё спала. И не слышала, как те суетились вокруг неё и советовались, не разбудить ли, чтобы дать жаропонижающее. Сошлись на том, чтобы окончательно не будить, а в полудрёме заставить выпить лекарство. Они настолько качественно и слаженно сработали, что даже её сон, весьма интересный и очень приятный, ни на секунду не прервался.

И конечно же, в него не проник дверной звонок, на который сразу же выбежал папа, а следом за ним — и мама. Не видела Кристина и их сперва вежливые и лишь чуточку обеспокоенные лица, и уж тем более не могла наблюдать за тем, как они карикатурно вытянулись, когда прозвучал совершенно неожиданный ответ.

— А дети?.. — начал папа, улыбнувшись незнакомым ему Анечке и Никите.

— Мои, — подтвердил Кирилл пока лишь слабые подозрения родителей его любимой девушки.

Во сне Кристина слышала голос Кирилла, перемежающийся со смехом Никиты и Анечки. И на душе сразу так хорошо-хорошо стало! Где-то поблизости раздался шустрый топот детских ног, а затем — несмелое шиканье мамы и папы. Как чудно́ всё смешалось во сне! И как приятно!