Книга Научи любить. После развода, страница 40 – Марика Крамор

— Да… я тоже, — шелестит в ответ в полном шоке.

— Значит, мы друг друга понимаем. Так что, Лайма Анатольевна. Вы согласны на повышение, или мне искать другого специалиста?

— Нет! — выдает громко.

Я даже слегка подаюсь вперед. То есть она отказывается?!

— То есть да! — исправляется тут же. — Конечно я согласна!

— Вот и отлично. Но сразу предупреждаю. Я о-оочень придирчивый начальник. Потом не жалуйся.

— А можно спросить?

Она обратно кладет руки на стол.

— Спрашивай, — одобрительно киваю.

— А что случилось с Денисом Марковичем?

Мой строгий непримиримый взгляд бьет по ее лицу. Как и сказал ранее, работу и личное я не мешаю, поэтому жестко чеканю:

— Для выполнения своих новых обязанностей эта информация тебе не нужна.

ЛАЙМА

Холодок бежит по коже, когда я нахожусь рядом с ним. От Черепанова исходит мощная подавляющая энергия жесткого руководителя. Под его хищным прозорливым взглядом хочется ссутулиться и поежиться.

Совсем не таким он был, когда мы с ним первые столкнулись. А теперь… я вообще сомневаюсь, что передо мной тот же самый мужчина.

Он единолично закончил разговор и теперь пристально смотрит на меня исподлобья, силой мысли внушая мне покинуть кабинет бывшего директора.

Я неосознанно оглядываюсь, чиркая взглядом по белой мебели; стеллажи, в беспорядке забитые папками, многочисленная канцелярия на столе, сломанные грифели карандашей, ножницы, стикеры и шариковые ручки без колпачков… Это место ему не подходит. Черепанов выбивается из царящего здесь хаоса.

— Ты можешь идти, — кивает он мне на дверь. Хмурится.

Словно прочитав мои мысли, Михаил Алексеевич четким движением тянет на себя выдвижной ящик, вытаскивает на стол содержимое. Часть его сразу улетает в мусорку за ненадобностью.

Только сейчас до меня доходит, что он делает — избавляется от ненужного хлама. Ему кабинет достался со всем содержимым, и сейчас Черепанов наводит здесь порядок.

Освободившееся место в ящике тут же занимает увесистый кожаный блокнот и объемный калькулятор.

— Я еще не закончил! — врезаются мне в спину разъяренные нотки, затем раздается громкий хлопок дверью. Я растерянно оборачиваюсь на голос Дениса Марковича, отмечаю перекошенные черты лица еще вчерашнего гендира.

— Я тебя не приглашал, — невероятно спокойно реагирует Миша. Ой! То есть Михаил Алексеевич. Даже ухом не повел! — Освободи помещение.

— Здесь мои документы лежат, вообще-то!

Не обращая на меня совершенно никакого внимания, Рзаев присаживается на корточки, открывает сейф.

— Лайма Анатольевна. Вы можете быть свободны.

А это уже мне. Черепанов буквально мнет меня глазами.

Кивает на дверь и пальцами изображает движение «выметайся». Ладно, я не мнительная — уверена, он просто не хочет погружаться в конфликт при персонале.

Шелест бумаг из сейфа настораживает даже меня.

Я отодвигаю стул, уже готовая упорхнуть туда, где воздух легче, но меня сшибает ударной волной:

— Где? Чертов! Корпоративный! Договор!!! — медведем ревет Рзаев, да так громко, что я аж подпрыгиваю на месте.

Миша… тьфу ты! Черепанов разваливается на стуле. Я еще недостаточно его изучила, но уже улавливаю некоторую театральность в его движениях.

Он округляет глаза так невинно, ну так невинно, что я почти поверила.

— Не понимаю, о чем ты, — скупо улыбается новый генеральный. — Он же у тебя хранился.