Книга Неверный. Моя тайна, страница 24 – Соня Вишнякова

— Можешь не менять, я же тебя не заставляю.

— Да ну, что я парикмахера не найду. Хоть это и сложно. У Наташки легкая рука. Волосы потом быстрее растут.

— Смотри сама, — глянула я в окно на улицу, на прохожих, на проезжающие мимо автомобили.

— Да, что там смотреть. О чём ты вообще, ели она полезла к Егору…

— Или Егор к ней.

— Ну, или так. Но только запомни Вер, если сучка не схочет, кобель не вскочит. Истина.

Я покраснела и опустила взгляд.

— Это ещё не всё, — говорю серьёзно.

— Не всё? — Файка вообще нахмурилась.

— Нет, — смотрю на белую чашку.

Нужно вываливать уже всё как есть. Шила в мешке не утаишь, а Файка может разобраться.

— Я беременна.

Файка выпучила на меня глаза.

— К-как?

Я пожала плечами.

— А как же это, ну помнишь, уколы и всё такое. Там же у него типа… неактивные? Подействовало что ли? — она с радостью заглядывает мне в глаза, но видит, что я эту радость совсем не разделяю.

— Я не знаю, — выдыхаю.

— То есть как?

— Я не уверена, — вымолвила с трудом.

— Не поняла? — требовательно и вопросительно смотрит на меня подруга. — Вера, ты можешь мне объяснить? Потому что вот сейчас я вообще нифига не пойму.

— Я сама ещё ничего не понимаю. У меня беременность двадцать пять недель, — глянула на подругу, она тут же опустила взгляд на мой живот.

— То есть, ты сейчас не шутишь? — сразу стала серьёзной, — вон там, в животе вполне уже взрослый ребёнок?

Я кивнула.

— Ну Верка, такого я вообще не ожидала услышать. А в чём проблема? Егор что к ней уходить собрался?

— Нет, хочет сохранить семью.

— Ну, так сохраняй, какие проблемы.

— Проблема в том, я не уверена, что это его ребёнок.

Глаза Файки полезли из орбит.

— Мать, ты меня пугаешь. Есть что-то, чего я не знаю?

Я снова качнула головой. Чувствую испытующий взгляд подруги и не знаю, как начать.

— Помнишь, тогда, давно, на той вечеринке у Лёши, Егор напился и завалился на диване в гостиной?

— Помню, конечно, такой скандал ты устроила, тянула его домой, говорила, что тебе плохо, а он мудак… и ещё Глеб вызвался тебя отвезти, — она замерла, в догадке, — Глеб тогда не пил, и настоял отвезти тебя домой… — Файка смотрит на меня пронзительно, моргает черными ресницами, резко понимает к чему это я, — ой, Вера… мамочки мои, — закрывает губы рукой, наверное, чтобы не закричать.

— Вот и я так думаю — «мамочки мои», — тяжело вздохнула я.

Ума не приложу, как могла так вляпаться. Как меня засосало в это болото. Знаю одно, тут есть часть и моей вины.

— И что теперь? — Фая уже не улыбается, ей тоже не до смеха.

— Ты меня спрашиваешь — что теперь? Если бы я знала, то не рассказывала бы тебе.

— Ты хочешь получить от меня совет?

— Я понимаю, что вляпалась по самые уши. Мне нужно, чтобы кто-то наконец сказал мне в лицо, какая я шлюха. Открыл бы мне глаза, ткнул носов. Потому что я уже извела себя внутри. А мне нужно просто принять это как факт — да, я шлюха, и идти дальше. Я беременна. Не хочу, чтобы мой ребёнок, чей бы он не был, чувствовал мои метания и страхи. Я этого не хочу. Вот сейчас мне плевать на себя, главное, чтобы малыш не догадывался как мне сложно.

— Тут ты права, — Фая протянула руку, положила свою ладонь на мою. Не дрейфь подруга, прорвёмся, — улыбнулась она, я попыталась ответить улыбкой, но получилось слабо.