Книга ВО ВЛАСТИ ТЕБЯ, страница 207 – Акка Соло

Мне хочется от этого избавиться и стряхнуть руки, но я их просто растираю большими пальцами.Мне хочется забрать от неё это чувство, чтобы ни один страх не отравлял её чистое сердце.Что если Он причинили ей тоже вред?Она начинает рассказывать о своём страхе, и я незаметно, с облегчением выдыхаюЕё глаза светятся изумрудами освещаемые звёздами, и я не могу оторвать взгляд от её щёк и губ. Как же мне хочется её поцеловать! Сдерживаю себя, чтобы не хватить её в охапку и спрятать ото всех. Держать и не выпускать из своих объятий!Наверно я эгоист, но десять лет которые я провёл в поисках и ожидании могут оправдать эту черту моего характера.Своим вопросом она стирает эту границу, между нами, но я чуть отстраняюсь и заставляю себя не выдать правду раньше времени, солгав ей.Я уже близко к разгадке о том, что случилось, прежде чем она забыла обо мне.54. Откровения.Яхта мчит нас к холодному рассвету, рассекая необъятный океан. Горизонт уже начал менять оттенки как созревающий фрукт под действием солнца. Звуки волн об борт яхты действует на меня в точной противоположности как должны были: не успокаивают, а добавляют тревожности. Раньше, я не хотела себе признаваться в том, что боюсь воды, избегала бассейнов в школе, отказывала Амире сходить с ней поплавать после тренировок и оттягивала покупку абонемента с тренером. Но сейчас, сидя на борту и слегка покачиваясь на волнах страх становиться ощутимее. Я себе уже представляю как падаю за борт, начинаю беспорядочно барахтаться, и солёная вода душит меня, заполняя лёгкие. Отложив напиток на подставку дивана, запускаю руку в ладонь Роя и сжимаю её. Он сразу реагирует на это и отложив свой бокал разворачивается ко мне.— Тебя что–то беспокоит?Мне хочется быть с ним откровенной, стирая все границы, между нами.— Знаю, это прозвучит глупо, но я боюсь воды. Я не умею плавать.Рой смотрит на меня с каким–то облегчением, как–будто ожидал услышать, чего–то пострашнее.— Знал бы я раньше, захватил бы для тебя купальник.Он чуть играет бровями и улыбается.— Нет, только не сегодня. – Смущаюсь от его предложения и чувствую, как мои щёки краснеют.— Я хороший учитель, – заверяет меня Рой, – и могу научить тебя плавать. Я плаваю с пяти лет, примерно. Когда ты почувствуешь воду, научишься доверять ей и поймешь, что нужно делать, то полюбишь это. Мы даже сможем нырять с аквалангом. Мы с парнями знаем один риф, там очень красиво и много красивых рыб, почти как в мультике «В поисках Немо». Смотрела его?— Конечно! Один из моих любимых мультфильмов. А Немо, просто душечка со своим милым маленьким плавником.Рой замолкает с вопросом на лице и смотрит так, как будто взвешивая моя слова. Взгляд его глаз становится глубоким, будто он пытается прочесть мои мысли. — Тебе нравятся недостатки? – Чуть охрипшим голосом спрашивает он.Меня совсем не смущает его вопрос, а в отношении данного героя мультфильма даже веселит, на что я улыбаюсь.— Но ведь это не недостаток, это его изюминка, отличительная черта, то, чем выделяется среди всех. – Я начинаю снова улыбаться, вспомнив эту крошечную рыбку и глядя в глаза парня, сидящего так близко ко мне.

А еще меня заполняет чувство, что я должна донести до Роя это. – Эта видимая для всех его уязвимость не делает его слабаком. Все, в том числе и его отец считали, что о нём нужно заботиться и присматривать за ним, но своим поступком он доказал, что изъяны они только кажутся недостатками. На самом деле он смелый и сильный. Он заводит друзей в дали от дома, совершает с ними побег и преодолевая опасности и расстояния возвращается на свой риф. Он в каком–то смысле образец для подражания.Меня заполняет чувство я и запускаю руку в волосы Роя, откидывая пряди назад. Он не шевелится и не спускает с меня глаз. Он вообще иногда может очень долго смотреть на меня, разглядывая или даже вглядываясь, но меня теперь это не смущает. Синие глаза, которые казались мне раньше холодными, теперь теплее жаркого огня. — Я ответила на твой вопрос?— Более чем.Боже, если это на самом деле правда и мы с ним пара, позволь мне быть с ним и любить его, ибо я не представляю кого–то другого кто так же будет смотреть на меня.Это прозвучало в моей голове как молитва, которую я готова повторять хоть каждый день перед сном.Тут в мою голову приходит случай из его детства о похищении, и я решаюсь на вопрос.— Ты когда–нибудь боялся, чего–то? У тебя есть страхи? – Вопрос вырывается шёпотом, как будто нас может кто–то подслушать кроме волн.Рой напрягается и делает глубокий вдох, затем закрывает глаза, о чём–то вспоминая и снова делает пару глубоких вдохов. Затем смотрит на меня.— Сейчас, ты мой личный страх. Мой страх – это снова потерять тебя. Остальные страхи остались в детстве.Он чуть отстраняется, и я ощущаю, между нами, недосказанность, по телу пробегает холодок и дело тут не в утреннем ветерке.Меня цепляют его слова, они словно рассыпают иглы по моему телу, попадая на открытые раны. Я чувствую, что должна что–то понять, но пока не могу определить, что именно. Это как забыть о том, куда положила любимую вещь и не можешь найти. — Почему ты сказал «снова»? – Делаю попытку узнать у него.— Я знал тебя, Птичка, ещё в детстве.Он отвечает сразу, не раздумывая, как если бы давно хотел этим поделиться. Меня пригвождают его слова к месту, на котором я сейчас сижу и кажется, моё лицо сейчас выглядит очень глупым с замершей улыбкой. Это меня совсем не беспокоит, больше то, что мы уже были знакомы. Рой знал меня с детства! Он знал меня ещё ребенком? Но я этого не помню? Он с терпением смотрит на меня, давая время переварить его слова. Изучая мои эмоции на лице, от которых ещё чуть и появится нервный тик у глаза.— Как это? – Только и вырывается из меня.— Наши родителиМы знакомы благодаря им.Я хмурю брови, пытаясь откопать его слова в своих воспоминаниях, но там черная дыра, без доказательств. Нет ничего подтверждающего это. Не всплывает ни одна картинка, ни образа, ни слова, ничего. Нет ничего, но в то же время я совсем не сомневаюсь в его словах, я знаю, что должна им верить. Ведь это Рой! Снова это давящее чувство «забыла» или «не помню». — Нас познакомили наши родители? Это ты хотел сказать? – Уточняю я.— Да. – Рой отвечает сухо и без эмоций. – Это было один раз на каком–то празднике, тебе тогда было семь лет, а мне восемь.