Книга ВО ВЛАСТИ ТЕБЯ, страница 118 – Акка Соло

Звучит сигнал о прекращении боя.

— Попалась, птичка. – Рой резким движением склоняется и целует меня в губы.

Поцелуй длится всего лишь секунды, но мне этого хватает чтобы что-то ощутить и обмякнуть под ним.

Стоит ему только оторваться от моих губ, как все мое тело готово бросится следом лишь бы поцелуй продолжился.

Мартинес отскакивая от меня и опираясь на мое плечо вдавливает его в пол, от чего меня пронзает резкая боль.

Я вскрикиваю. Горит верхняя часть моего тела, ребра и плечо.

Но обидно не это.

Поцелуй мне понравился, но его вырвали без спроса на виду у моей семьи, друзей и не знакомых мне людей. Меня унизили при всех, смешав с грязью мою честь.

Но так с Гаварес поступать опасно!

Я резко вскакиваю, морщась от боли и натягиваю маску на лицо.

— Эй! - Да, я нарушаю правила, но на кану честь семьи и мне плевать на эти правила.

Рой уже отвернулся и наверно забыл обо мне, радуясь своей победе и моему унижению, но услышав мой голос разворачивается.

Тут я дарю ему свой коронный удар, сначала в грудь потом по лицу от чего мое травмированное плечо неестественно повисает, и я отшатываюсь назад.

Удар получился слабый, почти как пощечина, но мне этого достаточно. Рой растерянно хватается за лицо, а я выбегаю из ринга и падаю на руки Густаву, теряя сознание от боли в плече.

Глава 40

Физическая боль не способна перекрыть боль в сердце.

Я прихожу в себя в частной клинике Copa Dor от резкого запаха нашатыря и ноющей боли во всем теле.

Рядом со мной дядя Густаво и братья. Я пытаюсь присесть на койке, сразу вспоминаю что произошло и меня начинает поглощать нестерпимое чувство тоски, смешанное с чувством потери. И я сейчас не про мой украденный поцелуй.

Я вспоминаю мой бой с Роем и мне хочется плакать. Разве можно быть таким бесчеловечным? Тут же себя ругаю за слабость. Да, мир жесток, а мы с ним даже не друзья чтобы ожидать от него к себе снисхождения.

На глаза наворачиваются слезы и горло сжимает спазм.

— Айна, тебе больно? – Ко мне склоняется дядя.

— Плечо болит и немного голова. – Отвечаю ему. На самом деле у меня болит душа, но никому об этом рассказывать не стану.

— Прости меня, что допустил такую оплошность и позволил тебе выйти на ринг. – Дядя берет мою здоровую руку. – По отношению к Мартинес будет применена самая жестокая мера.

— Что с ним будет? – Мне это нужно узнать, как можно быстрее, не ради мести, а ради того, чтобы попытаться остановить непоправимое.

— Правила для всех едины: штраф и дисквалификация. Но этот щенок не только травмировал тебе, а еще и поцеловал на глазах у всех, поэтому будет рассмотрен срок дисквалификации и размер штрафа.

— Получается я тоже нарушила правило, окликнув его?

— По сравнению с тем, что он сделал, твое нарушение не зачтется. – Жестко высказывается дядя.

— А разве можно наказать сына владельца части Арены?

— Можно. Нужно лишь найти подходящие методы. – Глаза дяди сверкают с особой злостью, чего прежде я не замечала за ним.

Больше дядя ничего не говорит на эту тему, и мы собираемся домой.

Вывихнутое плечо мне вставили на место и надели повязку Дезо на правое плечо, сделали снимок ребер, тут все оказалось намного лучше, чем с плечом. Повязку мне велено носить две недели и беречь руку от физической нагрузки.