Книга Проклятье снова между нами, страница 21 – Ульяна Муратова

Я всё ещё хлопала ресницами и улыбалась, обдумывая, как бы ему так ответить, чтобы ничего не отвечать.

— Вы знаете, я бы не стала вот так брать и навешивать ярлыки… — протянула я, топя его в своей лучезарности. — Просто… ну, скажем так, я сопровождала пациента, которому без моего присутствия было очень плохо. А там… ну, отвлеклась немножко, и оказалось, что мы уже почти в Ретере, не поворачивать же обратно?

— Лиора, вы давали согласие на то, чтобы лететь с Дервином? — строго спросил командор Блайнер.

— Определённо давала, просто не сразу. Где-то ближе к концу полёта, — ответила я. — Вы просто поймите: Дервин совершенно не в себе. Ему нужен врач.

— В каком смысле «не в себе»? — нахмурился зять.

— В прямом. Я вам с самого начала говорила, что у него был шок, ступор, сильная реакция. Боюсь, что у него развилось посттравматическое расстройство, и он не совсем отдавал себе отчёт в том, что делал. Его никак нельзя за это осуждать и наказывать, требуется в первую очередь оказать ему медицинскую помощь, дать длительный отпуск для восстановления, — принялась перечислять я, потому что, судя по виду командора Блайнера, если он и хотел что-то дать Дервину, то явно не отпуск.

— То есть, по вашим заверениям, он не в себе? — скептически спросил зять, явно проявляя к моим заверениям преступное недоверие.

А ещё родственник называется! Вот нажалуюсь на него Адели, будет знать!

— Он определённо не в себе, — кивнула я.

— Зачем же вы тогда за него замуж вышли? — сощурился командор, застав этим вопросом меня врасплох.

Вместо ответа я принялась задумчиво разглядывать обстановку: малая гостиная была выполнена в сдержанных тонах от шоколадного до светло-бежевого. Каштановый паркет на полу приятно контрастировал с бисквитного цвета пушистым ковром, напоминающим корж от торта. Интересно, это шерсть или какой-то другой материал? И если шерсть, то какая?

Эх, жаль неприлично нагнуться и потрогать мягкий ворс. На вид он кажется очень приятным на ощупь, а узор…

— Лиора! — отвлёк меня от созерцания ковра командор. — Зачем вы вышли замуж за Дервина, если считали, что он не в себе?

— Он был очень убедителен в своих доводах и говорил, что знает способ снять с меня проклятие. К сожалению, всю глубину его… невсебешности я осознала только после заключения брака.

— Вы же сказали, что знали, что он не в себе, ещё когда он находился в маголёте? — снова попытался загнать меня в ловушку командор, но не на ту напал.

— Знаете что? Я не собираюсь свидетельствовать против собственного супруга, — наконец нашлась я. — Имею право по закону!

— По какому закону? — чуть раздражённо спросил зять. — Нет такого закона!

— Как это «нет такого закона»? — искренне возмутилась я. — То есть дебильный закон о налоге на безбрачие есть, а нормального закона о том, что супруги имеют право не свидетельствовать друг против друга — нет?

Норт внезапно толкнул локтем принцессу и шёпотом пробасил:

— Валюш, ты записывай, записывай. Боллар дело говорит, потом до бати своего донесёшь информацию.

Я в очередной раз скосила глаза на эту парочку и забыла, что ещё хотела сказать.

— Я так понимаю, что вы никаких обвинений против Дервина выдвигать не будете? — после паузы подытожил командор.

— Против себя тоже не буду. Я, можно сказать, оставалась рядом с пациентом в глубоком кризисе. Как медик. Ему действительно было очень плохо без меня. Кого хотите спросите — хоть бы даже и жреца, — заверила я и только по тому, как снова сощурился зять, поняла, что проговорилась.