Книга Чужие традиции, страница 95 – Дана Яр

Закончив перебирать, он промыл ягоды и оставил у очага, Ыдре собиралась же из них что-то готовить. Помешивая булькающую похлёбку в котелке Соиледиаль предвкушал скорую встречу с вождём, он весь трепетал только от мысли, что совсем скоро увидит ее, заглянет в черные как ночь глаза, вздохнет ни с чем не сравнимый запах ее волос. Замечтавшись, эльф чуть не утопил ложку в похлёбке, так как пальцы дрожали от нервного возбуждения, а в паху потяжелело. И чем сильнее он старался подавить вспыхнувшее вожделение, тем сильнее оно его терзало. Он старался не думать об Ыркхе, но это не помогало. К заходу солнца его уже трясло от возбуждения, член стоял колом и Соиледиаль наконец понял, что что-то не то, такого долгого и навязчивого желания у него никогда раньше не было. Закончив с готовкой, эльф прилёг на топчан вождя подтянув ноги к груди, в теле бушевал пожар, дышал Соиледиаль часто и хрипло, поминутно облизывая губы.

Ыркхе вернулась в становище, когда последние солнечные лучи догорали за горизонтом и сразу направила своего ярка к озеру, чтобы помыться. Женщина не хотела предстать перед своим рабом, потной, вонючей и пропыленной, но даже сама себе в этом признаться не могла. Потому что, если она признается, что хочет быть для этого мальчика красивой, то удержаться будет совершенно невозможно и она как пить дать потеряет выдержку и лишит его невинности, а этого делать категорически нельзя. Женщина за последние три дня и так вся извелась от ревности, он был здесь, один, беспомощный, невинный, а в становище много женщин, которых назвать слепыми никак нельзя и наверняка они все смотрели на ее мальчика и хотели его. Ыркхе боялась до ужаса, что одна из них все же решится и... Нет об этом лучше не думать.

Переговоры с вождем клана Горга, как она и думала, были посвящены ночи выбора, Оргор настаивал на присутствии его шамана и сыновей, но Ыркхе отказала ему, как он ни уговаривал. И дело было даже не в том, что они чужаки для ее племени, а в том, что присутствие шамана может разозлить духов. Духи всегда сами выбирают себе служителя, это и в других племенах так, но только в ее племени шаман так же становится мужем вождя и вмешиваться в выбор никто не может, а чужой шаман вмешаться может. Ей и так не сладко, каждый год в ночь выбора она умирает от страха, что придется делить шатер с тем, кого не выбирало ее сердце, но пока духи были к ней милостивы. Поэтому никаких чужих шаманов и сыновей ушлого вождя ей не надо.

Освежившись и наведя красоту Ыркхе вернулась к шатру, сама распрягла ярка, оттягивая неизбежную встречу. Сердце билось в груди пойманной птицей и от волнения ладони стали влажными. Ыркхе разозлилась, она вождь, а ведёт себя как сопливая девчонка. Подышав немного, чтобы успокоиться женщина решительно откинула полог шатра.

Первое, что бросилось ей в глаза, была миска с ягодами у кострища.

— А, ты вернулась, — расплылась в улыбке Ыдре, — ну как прошло? Уломал тебя этот хитрый жук?

— Не уломал, ты знаешь, что шаману нечего делать на празднике ночи выбора, — говорила Ыркхе, не спуская глаз со скрючившегося на топчане раба, — Соиледиаль?

Но мальчишка никак не отреагировал, он дрожал, свернувшись в клубок, вождь отчётливо видела испарину, покрывающую его нежную белую кожу. Ыркхе перевела тяжёлый взгляд на родственницу.