Книга Твое сердце должно быть моим, страница 13 – Дана Яр

— Решили освежить свои знания?

Адирилада подпрыгнув на месте, резко повернулась, прижимая словарь к груди и утонула в жутких глазах своего незнакомца.

— Я снова напугал вас, — чуть улыбнулся мужчина и заправил прядку, выбившуюся из косы, Адириладе за ухо. Девушка вздрогнула и постаралась отодвинуться, мужчина стоял слишком близко, — неужели я такой страшный?

Адирилада не могла выдавить из себя ни слова, язык будто распух и не желал ворочаться. Затравленно оглядевшись, девушка сглотнула и постаралась взять себя в руки. Ее пугал не столько мужчина, сколько ее реакция на него.

— Нет, вы не страшный, — тихо соврала Адирилада, отчаянно борясь с дрожью в коленках.

Мужчина тихо засмеялся.

— Как мило, что вы пытаетесь пощадить мое самолюбие. Мило и очень благородно. Позвольте мне сделать вам ответный комплимент, — он чуть нагнулся, чем вызвал у Адирилады дрожь не только в коленках, но и во всем теле, — в жизни не встречал столь очаровательных созданий, — очень тихо и проникновенно сказал мужчина.

Адирилада залилась свекольным румянцем, ей было приятно слышать такое о себе, хоть это и не было правдой. Пока она размышляла, что ответить, мужчина вытащил словарь из ее ослабевших пальцев и поставил на место.

— Так зачем вам понадобился словарь, да ещё такого редкого диалекта? На нем же, уже почти, никто не говорит, — мягко спросил мужчина, пронзая ее острым взглядом. Адирилада лихорадочно вспоминала, все что знала о тарканском диалекте.

— Не давно я слышала стихи на вазийском и некоторые слова мне показались незнакомыми, хотела посмотреть, что они означают, — выкрутилась девушка, глядя честными глазами на ухмыляющегося мужчину.

— Уж не тот ли увалень, который обхаживал вас весь вчерашний вечер, читал вам эти стихи? — спросил он и очень пристально посмотрел на Адириладу, — или может, тюфяк, который поедал вас глазами в тот день, когда мы впервые встретились?

— Нет, вы ошибаетесь, ни один из них до такого бы не додумался, — и это было чистой правдой ни Кальтусу, ни Парси, никогда бы в голову не пришло читать девушке стихи, тем более на вазийском.

— Так кто же он? — требовательно спросил мужчина, а Адирилада залипла взглядом на его губы, совершенно неуместно подумав, будут ли его губы мягкими, если она дотронется до них своими губами? Придя в ужас от таких мыслей, Адирилада моргнула и непонимающе посмотрела на мужчину. Что он сказал?

— Я спрашиваю, кто читал вам стихи? — склонившись ещё ниже, мужчина подцепил пальцем ее подбородок и заставил приподнять голову. Его губы находились в сантиметре от ее губ и Адирилада поняла, что теряет связь с реальностью.

— Господин Шемус, — прошептала девушка, чуть дыша, — он вазиец и большой любитель поэзии. Сам пишет стихи и читает их своим посетителям. У него книжная лавка на главной улице.

Мужчина отступил на шаг и улыбнулся. Эта улыбка странным образом преобразила его лицо, сделала почти красивым. Адирилада, как завороженная смотрела на него, чувствуя, как в груди начинает что-то дрожать, будто кто-то ударил молоточком по струнам цимбал.

— Это хорошо, милый старичок-поэт, гораздо лучше страстного поклонника-поэта, — усмехнулся мужчина и подал Адириладе руку, — позвольте проводить вас или вы ещё не все посмотрели?

Прозвучало это как-то странно, — Адирилада опасливо посмотрела на его руку. Она плохо соображала, когда он был рядом, потому спрятала свои руки за спину и бочком стала отходить от него. Мужчина приподнял бровь, наблюдая за ее маневрами.