Книга Психологическая помощь для неуравновешенных драконов, страница 79 – Дана Яр

Месяц мне понадобился, чтобы немного прийти в себя и не заливаться слезами от одной мысли об императоре. Я начала видеть обычные сны. В основном мне снилась какая-нибудь ерунда, но даже ей я была рада, это значит, что дара прорицательства у меня нет. Иногда снилась хижина, затерянная в горах, и горячие объятия моего золотого мальчика. От таких снов я просыпалась вся в слезах и с тянущим ощущением между ног. Чтобы не сходить с ума, я много времени проводила в мастерской, экспериментировала, придумывала, изобретала и дорабатывала различные артефакты, благо ресурсов теперь было с лихвой, даже на самые невероятные задумки. «Подглядывающий» артефакт я доработала первым, учла все свои промахи и применила скудные знания из, почти стершихся воспоминаний о родном мире. В итоге у меня теперь было три опытных образца, разной конструкции. Чувствовала я себя, как Жозеф Ньепс и братья Люмьер, одновременно. Почему-то вспомнился фильм, где сумасшедший учёный, создав чудовище, орал: «Оно живое!». В моем случае не живое, а в рабочем состоянии и я без ложной скромности, возгордилась собой.

В этом мире не было художников, соответственно про картины и говорить было нечего. Рисованию не учили даже детей. Артефакторы делали лишь схематический чертеж, силовых плетений и внешний вид артефактов мало кого волновал, главное, чтобы работал исправно.

Даже ювелирные украшения выглядели, как кустарные поделки, потому что никто тут не заморачивайся с точным рисунком и соблюдением пропорций, хотя драгоценные камни обрабатывать умели, но в украшениях их редко использовали, больше для создания мощных артефактов или накопителей для них же. Самым ходовым материалом, для создания украшений для женщин, был жемчуг разных оттенков, от молочного до насыщенно-черного, потому что не имел каких-либо выраженных магических свойств из-за своей структуры, а у мужиков из украшений были только пуговицы с гравировкой, на одежде.

Пока я работала над усовершенствованием «подглядывающего» артефакта, мне в голову пришла неожиданная мысль: «А почему бы мне не изобрести фотографию?». Рисовала я сама не то, чтобы хорошо, больше имела склонность к черчению, поэтому качественное изображение в высоком разрешении, было идеальным вариантом для создания красивых картин. Пришлось поломать голову, как добиться нужных эффектов запечатления и переноса изображения на какую-нибудь ровную поверхность, чтобы и цвет был, и четкость, но результат превзошел все мои самые смелые ожидания. За основу я взяла принцип камеры Обскура. Артефакт имел вид небольшой плоской коробочки с двумя дырками с противоположных сторон. Маленькая выполняла роль объектива, большая-видоискателя. Так же у фотоаппарата имелась кнопка, для сохранения изображений и матрица для их хранения. Чтобы перенести изображение на поверхность, нужно было достать кристалл-матрицу и вставить в шкатулку-проявитель. Все как в классических фотоаппаратах. На крышке шкатулки проецировались миниатюрные изображения, поворачивая специальный рычажок, можно было просматривать картинки, а чтобы перенести изображение на холст или бумагу, достаточно было поставить на них шкатулку и нажать на выпуклость в корпусе, выпустив немного магии. Вуаля! Потрясающее в своей детализации изображение оставалось на поверхности. Причем качество и различные эффекты зависели от магии. Например, если я проявляла картину, то края были немного смазанными, а изображение имело небольшую акварельную прозрачность и размытость. У моих помощников эффекты изображения были другими, но не менее интересными.