Книга Психологическая помощь для неуравновешенных драконов, страница 126 – Дана Яр

Вспоминая, потом как на ее лице отразился страх, как она жалобно просила не пытать ее, я испытывал жгучий стыд. Она даже не слышала, что я ей говорил и так горько плакала, что мне убить себя хотелось и зверь был со мной солидарен. А когда она успокоилась и снова начала язвить, я сделал то, о чем мечтал с самого утра. Но она опять начала сопротивляться, это меня окончательно выбесило. Она хотела меня, но все равно сопротивлялась, даже зверь был недоволен, а Магариет снова смотрела на меня, как на чудовище, ее слова меня немного отрезвили и заставили пойти на попятную. После того, как она ушла, я разнёс кабинет и пошел к Мимилине, желая снять напряжение, которое мешало нормально думать. Но и тут меня ждало разочарование. Глядя на раскрашенное лицо любовницы, на ее пышные формы у меня в штанах даже ничего не шевельнулось, и зверь ещё раздражал своими комментариями: «Фу. Бе. От нее воняет». Ушел я от Мимилины ещё более злой и напряжённый. И встретился с генералом Делен-Эром, который решил вступиться за честь Магариет. Я пришел в ярость. Ревность взвилась огненным смерчем. Драка вышла отменная и я хоть немного спустил пар. Правда, потом, когда нас растащили и Делен-Эр сообщил мне, что в любовницах у меня мало того, что дева из уважаемого рода, она ещё и приходится ему внучкой и окончательно добила меня новость, о том, что Магариет дракон. Дракон! И что-то мне подсказывает, что зверь знал об этом с самого начала и мне ничего не сказал! Девушек — драконов, по неписанным правилам нельзя было брать в любовницы на них можно только жениться. Я был несколько ошарашен этой новостью, и не знал, как теперь выбираться из столь щекотливой ситуации, а зверь бухтел, что не надо никуда выбираться, нужно брать её себе, что доказывало мою догадку о его осведомленности.

И ведь взял. Ее слова о том, что она хочет чтобы ее украли привели его в бешенство, я пытался успокоить его, понимая чем все закончится, потом подумал и не стал вмешиваться. Мысль о том, чтобы присвоить её себе целиком и полностью уже прочно поселилась в моей голове. А попытка ее похищения шпионами из Агдара укрепила это желание, сделало его почти невыносимым. После того, как несостоявшихся убийц допросили, выбив из них всю возможную информацию я готов был убить себя за беспечность. Мимилину задержать не удалось… Живой. Она оказала неожиданно яростное сопротивление при задержании и была убита. Слугу, помогавшего убийцам проникнуть во дворец взяли, и он поведал много интересного. Я чувствовал себя полностью раздавленным. Генералы пытались меня поддержать, но они тоже понимали, что мы облажались по всем фронтам. Шпионы были везде, даже в тайной полиции.

Под утро я приполз в свою спальню, сел на пол возле кровати и прижал руки Магариет к своему лицу. Она сладко спала, а я как безумный гладил ее руками себя по голове и мечтал, услышать ещё раз: «Мой золотой мальчик». А когда услышал, готов был расплакаться от счастья. Эта захватчица взяла в плен мое сердце одной фразой, зверь тот вообще готов был на брюхе за ней ползать. Я не понимал, как такое возможно. Девочка из сна. Я даже лица никогда не видел, но нежный голос, эти слова и моя на них реакция. Как она узнала? Может я ей тоже снился?

Я готов был на все, чтобы удержать ее, даже признался в своих чувствах, не прямо, нет. Заявить ей, что влюблен у меня духу не хватило, она не поняла. Когда вспомнил, что близится последний день нашего пари, пришел в отчаяние. Она за неделю ни разу не уступила мне. У меня была последняя возможность выиграть и оставить ее рядом с собой, но и тут я облажался, слишком боялся, не хотел отпускать и наворотил дел. А когда она сбежала, думал рехнусь. Мы оба рехнемся. Зверь отказывался вернуться в человеческое тело, сидел под ее окнами до следующего рассвета, мне этого времени хватило, чтобы успокоиться, подумать и разработать план действий.