Книга Изгнанная жена или Развод по-драконьи!, страница 66 – Маргарита Абрамова

— Некогда разлеживаться, — он поднялся, пошатываясь.

— Ты сошел с ума?! — подлетела к нему, удерживая за талию, чтобы не упал. Питер наклонился, и наши губы встретились…

С необычайной силой захотелось припасть к его пересохшим губам… Насладиться их вкусом. Но я прекрасно помнила, как будет больно после. Ночь пройдет, а утром будет горько и стыдно. Питер соберется и уедет домой, а я останусь … Да и какой из него сейчас любовник… Час назад думала, что он не выживет…

Это просто странное влечение на фоне выброса адреналина. Нужно думать в первую очередь головой, а не следовать зову сердца. Он заявил, что не будет довольствоваться малым, тогда зачем все это?!

Я отстранилась, отводя взгляд.

— Отдыхай, мне лучше уйти к себе.

Питер молчал, его взгляд еще полыхал, но я сделала невозмутимое лицо, поправила несуществующие складки на платье и вышла из комнаты, оставляя его одного.

Сердце билось о ребра, взволнованное и требующее продолжения. Но слушать его не собиралась. Я взяла себя в руки и отдавала отчет своим действиям. Заставила ненужные чувства спрятаться, а что-то темное завозилось в груди, довольное, что я отдалилась от опасности.

Понимала, что со мной происходят изменения. После того случая в городе я чувствую в себе незнакомое и неведомое. Но не понимаю, как к этому относиться. Тьма пугала, и я не знаю, что дальше делать. Наверное, стоит обратиться к Вильде, она желала получить этот дар. Но я не доверяла колдунье, слишком она себе на уме. Вот если бы еще с кем-то переговорить… Только это очень опасно.

— Оливушка, как вы себя чувствуете? — Клира нашла меня на кухне. Сама не помню как сюда пришла, собиралась же спать.

— Все в порядке, Клира. Просто пришла попить воды, — для пущей убедительности налила себе стакан.

— Он заражен тьмой. Вам с ним опасно находиться, — проворчала Клира.

— Да, знаю. Но это не опасно.

— Тьма — хуже чумы, — не согласилась со мной помощница, — Она коварная, обманет и не заметишь…

— Ты прежде сталкивалась с ней?

— В детстве. Но до сих пор помню, как будто это было вчера… — женщина побледнела, вспоминая что-то из своего прошлого, — Когда тьма заглядывает в глаза это не забыть.

— Нам надо отдохнуть, — подошла к женщине, гладя ее по морщинистой руке, — Питер завтра уедет.

И все станет на свои места.

Мне было страшно. Все кругом пугают тьмой, говорят, что это ужас, чистое воплощение зла, и я боюсь за себя, мне не у кого просить помощи. Боюсь, что проблемы с приютом, покажется мне цветочками…

Долго не могла уснуть, да и утром встала совсем рано, заглянула к Питеру в комнату. Он тоже не спал. Встал и смотрел в окно.

— Тебе лучше? — вошла без разрешения, все же я у себя дома, бросила взгляд на распахнутую рубашку. Перевязанный бок больше не кровоточил, хоть темные прожилки на коже по-прежнему наблюдались.

— Да. Благодарю за помощь.

Кивнула, принимая его благодарность.

— Я заметил, что ты начала ремонт приюта, — бросил взгляд в окно, где уже трудились рабочие, — Думал, ты продашь этот дом?

— Улажу кое-какие трудности и возрожу мамино дело.

— Не замечал прежде у тебя желания заниматься подобным.

— Все меняется.

— Я бы так не сказал, — насупился, пристально на меня смотря свои проницательным взором.

— Давай сменим повязку, — перевела разговор в другое русло, — И позавтракаем.