Книга Изгнанная жена или Развод по-драконьи!, страница 44 – Маргарита Абрамова

Я мечтала о горячем чае, сытном бульоне, живот уже получил несварение от сухомятки в дороге, но больше всего о теплой постели, в которую заберусь в сухой сорочке, укутаюсь одеялом и усну в полной тишине.

Но моим чаяниям не суждено было сбыться. Никто не спешил упрощать мне жизнь.

Возничий остановил около кованых ворот, сообщая о приезде, выгрузил мои вещи, и оставил одну. Он торопился в обратный путь, явно недовольный, что пришлось потратить на меня столько времени.

— До свидания, барышня, — распрощался со мной после оплаты, которую он, кстати, поднял за ненастные условия.

Это и есть мое владение?

Старый дом вглядывался на меня темными, пустыми окнами с грязными стеклами, которые много лет никто не отмывал. Да, я знала, что здесь никто не жил, но почему-то представляла себе все несколько иначе.

Взял два чемодана, прошла по тропинке к входу. Я достала из кармана ключ, который мне передал Ованс вместе с документами на дом. Вставив его в замок, с трудом повернула. Замок с треском открылся, и дверь медленно приоткрылась, словно не желая впускать меня внутрь.

Внутри царило полное запустение. Пыльные обои обвисли, а мебель, покрытая белыми простынями, напоминала призраков. Я сделала несколько шагов, и в воздухе повеяло затхлостью.

Сколько же здесь предстоит уборки?! Рано я собиралась отдыхать. Тут делов непочатый край.

Вздохнула, стараясь подавить охватившее меня уныние. В помещении было темно, и лишь несколько лучей света пробивались сквозь грязные окна, создавая призрачные тени на полу. Я поставила чемоданы в угол и, собравшись с силами, отправилась за остальными вещами. А когда вернулась, то решила начать с самой простой задачи — открыть окна и впустить свежий воздух.

Подойдя к одному из окон, потянула за ручку, но оно не поддавалось. Приложив больше усилий, оно, наконец, отворилось, выпуская наружу затхлый запах. На улице дождь все еще моросил, но хотя бы стало немного светлее.

Неожиданно в тишине дома послышался шум. Резко обернулась на звук. Вдруг здесь кто-то устроил ночлежку, пока тут никто не живет. Стало страшно, ведь я совсем одна.

Перевела дыхание, когда в проеме смежной комнаты показалась женщина, я даже вначале приняла ее за приведение и вздрогнула. Старая и седая, вся в белом, она сливалась с застеленной простынями мебелью.

— Я подумала, что мне послышалось, — проскрипела старческим голосом, — В последнее время всякое видится, — она всматривалась в меня, убеждаясь, что я реальная, а не плод воображения. Собственно, как и я рассматривала ее.

— Госпожа Оливия? — воскликнула, — Вы ли это? — удивилась женщина, громко шаркая обувью по полу, приближаясь ближе.

— Это же я, Клира. Неужели не узнали?! — уставилась на меня морщинистым лицом. Видимо, женщина все время присматривала за домом. На вид ей было не меньше восьмидесяти, и Оливия наверняка должна была знать ее и, возможно, общаться с ней в детстве.

— Простите, не узнала сразу, — соврала, но не стала объяснять, что я потеряла память.

— Да как же?! Вашу верную слугу. Думала, уже и не увижу вас, Оливушка, — старушка шмыгнула носом, — Но откуда вы тут? Нежели решили продавать мамино поместье? — столько печали было в ее словах.

— Нет, Клира. Наоборот, возрождать.

Она, не веря, подозрительно уставилась на меня, не ожидала подобного.