Книга Разведённая ведьма и демон на полставки, страница 19 – Вера Поцелуева

— «Забытые вещи», — тихо сказал он, как бы про себя. — Классика пост-разводного театра. Потребность в ревизии границ. Хотите, я отвечу?

Аделаида покачала головой. Справится сама. Она должна. Она потянулась к ручке, но её пальцы дрожали.

— Позвольте, — Каэль опередил её. Его движение было плавным и бесшумным. Он оказался у двери раньше, чем она успела моргнуть. — Ваши биометрические показатели не соответствуют ведению сложных переговоров. Я буду… фоном. Но достаточно заметным.

Он открыл дверь.

На пороге стоял Глен. В хорошем пальто, с аккуратной стрижкой, пахнущий дорогим парфюмом с нотками дерева и амбиций. В его руках была картонная папка. Он уже начал складывать лицо в полу-извиняющуюся, полу-деловую улыбку, готовую сказать: «Извини за вторжение, но…»

Улыбка замерла, сползла, превратилась в маску вежливого недоумения. Его взгляд скользнул с перепуганной Аделаиды на высокую, чуть сутулую фигуру в поношенном драповом пальто, которая теперь заполняла дверной проём, не собираясь отходить.

— Я… извините, — Глен заговорил первым, автоматически переходя на официальный тон. — Я к Аделаиде Моррен. По… личному делу.

— Она здесь, — ответил Каэль. Его голос был абсолютно ровным, вежливым. Он не шагнул вперёд, но и не отступил, создавая физическое ощущение порога, который теперь нужно было не просто переступить, а пройти. — Но, как видите, она не одна. Чем могу быть полезен?

Он произнёс это так, будто был швейцаром в дорогом, но слегка эксцентричном отеле.

Глен растерялся. Он явно ожидал многого: заплаканной Аделаиды в старом халате, бардака, атмосферы запустения. Всё, что подтвердило бы его теорию о том, что без него её жизнь пошла под откос. Он не ожидал… этого. Спокойного, странного мужчину с глазами, в которых, казалось, тлеют угли камина, и ауры тихого, абсолютного контроля.

— Я… Глен. Бывший муж, — выпалил Глен, чувствуя необходимость обозначить свой статус.— Каэль, — кивнул тот в ответ, не представляясь дальше. — Временно проживающий. Проходите. Только, пожалуйста, вытирайте ноги. Только что навели порядок.

Он наконец отступил, жестом приглашая войти, но его манера превращала этот жест в инспекцию. Глен, сбитый с толку, зашёл и действительно машинально вытер ботинки о половик.

Аделаида стояла посреди гостиной, чувствуя, как смесь страха и ярости бурлит у неё внутри. Она видела, как взгляд Глена скользит по комнате, ища признаки упадка. Но он натыкался на цветущий кактус. На идеально расставленные книги. На кота, который, вместо того чтобы прятаться, сидел на спинке дивана и смотрел на гостя с немым, кошачьим высокомерием. В воздухе витал приятный запах — смесь цветка, свежего кофе и чего-то неуловимого, тёплого.

— Я… собственно, ненадолго, — заговорил Глен, откашлявшись. Он поднял папку. — Разбирал архивы, нашёл кое-какие твои бумаги. Старые фотографии, медицинскую карточку. Решил вернуть. И… хотел поговорить.

— О чём? — спросила Аделаида. Её собственный голос прозвучал ровнее, чем она ожидала.

— Ну… — Глен замялся, почувствовав неловкость под пристальным, безэмоциональным взглядом Каэля, который теперь стоял у окна, сложив руки на груди, как наблюдатель. — Как ты? Как дела?

— Дела, — повторила Аделаида. И тут в ней что-то щёлкнуло. Та самая горечь, что копилась годами, вдруг кристаллизовалась не в слёзы, а в нечто острое и колкое. Она посмотрела на Каэля, потом обратно на Глена, и на её губах появилась тонкая, почти невидимая улыбка.