Книга Метание ножей: бросок в сердце, страница 58 – Лия Совушкина

— Ты серьёзно? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Не отрывая взгляда от меня, золотой дракон смерил меня внимательным взглядом. В золотых глазах отражалась внутренняя решимость, заставляющая меня злиться ещё больше. Да как он только смеет⁈

— Серьёзно, — ответил Ноллан. — Но не так, как ты думаешь.

— А как?

Мой вопрос проигнорировали. Этот козёл только улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у девчонок подкашивались ноги. У меня же, наоборот, появилось желание снова бросить его на песок.

— Я не вещь, — холодно отчеканила, хотя больше всего на свете мне хотелось вцепиться в холеную рожу парня. — И не приз.

— Знаю, — пожал плечами дракон. — Именно поэтому мне интересно.

— У тебя странное чувство интереса, — прошипела я, круто разворачиваясь и уходя от парочки друзей.

Спиной я продолжала чувствовать внимательный взгляд, но всеми силами старалась игнорировать его. Действительно, жизнь непредсказуема! Мне хватало участия в турнире, от которого я изначально хотела быть как можно дальше. А теперь к нему прибавился ещё и этот глупый спор.

Вечером, после тренировки, когда солнце уже садилось за горизонт, ко мне подошёл Виллир. Я стояла у края арены, остывая после забега, и смотрела на закат. Мысли путались, сердце никак не могло успокоиться после сегодняшнего спарринга и инцидента с драконами.

— Аврора, — раздался голос наставника за спиной.

Я обернулась. Виллир стоял в нескольких шагах, и в вечернем свете он казался каким-то нереальным — светлые волосы отливали золотом, голубые глаза смотрели мягко, почти тепло. Мой мир как-то неожиданно сузился лишь до нас двоих, отсекая остальных людей на арене.

— Вы сегодня были великолепны, — сказал магистр, подходя ещё ближе. — Ваш бросок, подсечка — всё сделано идеально.

— Спасибо, магистр, — ответила я, чувствуя, как к щекам приливает румянец.

— Вы не просто выиграли, — продолжал Виллир. — Вы показали, что умеете думать, анализировать, использовать слабости противника. Это дорогого стоит.

Он остановился напротив, и я снова поймала себя на том, что слишком пристально смотрю на него. Попросту не могу оторваться от вида мужчины, облачённого в тренировочный костюм, который до безумия шёл ему. А уж как форма подчёркивала поджарое тело… Меня охватил стыд от мыслей, что заполнили голову.

— Продолжайте в том же духе, — сказал Виллир, и в его голосе не было обычной наставнической строгости. — Я верю в тебя, Аврора.

Верю в тебя.

От этих простых слов внутри разлилось такое тепло, что я забыла и о драконьем споре, и об усталости, и обо всём на свете. Румянец прочно поселился на моих щеках и кончиках ушей, горя пламенем. С трудом взяв себя в руки, я слабо поклонилась.

— Спасибо, — выдохнула я, стараясь придать голосу спокойствия.

Виллир кивнул и, ещё раз улыбнувшись, ушёл. А я стояла на краю арены и чувствовала, как сердце бьётся быстрее обычного. Поглощённая мыслями, я тоже поспешно удалилась с тренировочного плаца. Меня одолевали множество мыслей начиная от недавней победы над драконом до его спора касательно моей влюблённости.

«Не сейчас. Не сегодня. Сначала Турнир. Я обязана доказать всем, на что способна».

Утро началось с тихого ужаса под названием «этикет».

О лекции я узнала ещё накануне вечером: Файлин, заглянув в расписание, издала звук, похожий на сдавленный вопль дракона. Выяснилось, что для всех участников Турнира — и местных, и иностранных — устроили специальное занятие по дипломатическому этикету. «Чтобы вы не опозорили академию перед высокими гостями», — сухо пояснила Арлан, вручая пригласительные свитки.