Книга Метание ножей: бросок в сердце, страница 32 – Лия Совушкина

Ножи летели ровно, вонзаясь в центр мишени. Раз за разом. Я успокаивалась, глядя, как дрожат рукояти. Мысли о заявке, о семье, о Виллире — всё уходило, оставалась только точность броска.

— Неплохо, — раздался голос за спиной.

Резко повернувшись, наставила на говорившего нож. Увидев стоящего невысокого парня с целительского факультета, которого я мельком видела на совместных занятиях, виновато улыбнулась и убрала оружие.

— Спасибо, — коротко ответила я и вытащила оставшиеся ножи из мишени.

— Вы Вивир? Та самая, которую хвалят магистры?

Я кивнула, чувствуя, как к щекам приливает краска.

— А я Ларс. Будущий боевой целитель. Нам сказали прийти к вам за базовыми навыками. Вы же будете нас учить?

— Буду, — вздохнула я. — Стройтесь в линию.

Целителей набралось человек десять. Они стояли с испуганными лицами, сжимая учебные ножи так, будто это были змеи. Я прошлась вдоль шеренги, поправляя хватку, объясняя основы.

— Нож — это продолжение руки. Не нужно его бояться. Он слушается вас, если вы уверены в себе.

Парни и девушки кивали, но страх в глазах не проходил. Только один — тот самый Ларс — смотрел с интересом.

— А вы всегда умели так метать? — спросил он, когда я показала правильную стойку.

— Я тренировалась. Каждый день. Два года.

— И сколько ножей можете метнуть за минуту?

— До пятнадцати, если спешить. Но лучше меньше и точнее.

Ларс присвистнул.

— И вы говорите, что у вас четвёртая ступень? А выглядите сильнее.

— Сила не в мане, — ответила я словами Виллира. — Сила в голове.

К концу тренировки целители худо-бедно научились хотя бы правильно держать нож и не закрывать глаза при броске. Ларс оказался способным — его второй бросок уже попал в мишень, пусть и не в центр.

— Вы хороший учитель, — сказал он прощаясь. — Может, запишетесь в наставники к первокурсникам?

— Мне пока учиться надо, — отмахнулась я.

Однако всё равно стало очень приятно. Кому же не понравится, когда его хвалят за хорошие навыки? Впрочем, отчего-то ощущения отличались от того, как меня выделял Виллир. Стараясь не зацикливаться на этом, остаток дня я провела за тренировками. Даже провела пару спаррингов, отрабатывая ближний бой.

Вечером, когда я вернулась в комнату, Файлин сидела за столом и что-то старательно выводила в тетради.

— Как тренировка? — спросила соседка, не поднимая головы от тетрадей.

— Нормально. Целителей учила ножи метать.

— А, это. Я слышала. Ларс потом прибегал, в восторге был. Сказал, что ты гений.

— Не преувеличивай, — вздохнула я, снимая костюм и беря в руки домашнее платье.

— Я не преувеличиваю. — фыркнула Файлин и отложила перо. — Слушай, а что там с заявками? Ты подала?

— Нет, — равнодушно ответила я.

— А зря. — Пожала плечами Файлин. — Могла бы показать всем, на что способна. Тем более Виллир в тебя верит.

— Виллир просто хороший наставник, — хмуро буркнула я.

— Хороший? — хмыкнула соседка. — Слышала, он на тебя сегодня на лекции так смотрел… Слухи, Аврор, быстро разлетаются, особенно такие…

— Им показалось, — сказала как отрезала.

Не став больше слушать соседку, поспешила в ванную комнату. Пальцы нервно подрагивали, когда я крутила вентиль в душе. Струи ледяной воды обожгли тело, заставляя кожу покрыться гусиной кожей. Ударив руками по стене, я опустила горящее от смущения лицо. Слухи. Как же мне надоели слухи, от которых в душе расцветает надежда. Глупая, неоправданная надежда на взаимность. Я ощущала себя полной дурой, которая отчаянно желает получить невозможное. Оставалось верить, что вскоре всё утихнет и я смогу вернуть себе самоконтроль, который явно пошатнулся в последнее время.