Книга Метание ножей: бросок в сердце, страница 17 – Лия Совушкина

Я невольно остановилась. Этот голос я узнала сразу, хоть мы и только познакомились. Очень уж узнаваемые нотки, но сейчас в них ещё и присутствовала злость.

— О, — тихо сказала я. — Кажется, у кого-то выдался плохой день.

Дверь нашей комнаты распахнулась, прежде чем я успела постучать. На пороге стояла Файлин, раскрасневшаяся и готовая рвать волосы на голове. Чужой, само собой.

Чёрные волосы всё ещё были собраны в небрежный пучок, несколько прядей выбились и падали на лицо. Мантия целительницы висела на одном плече, оголяя тонкую лямку майки. В руках соседка держала толстый справочник по анатомии.

— Аврора, — протянула Файлин, прищурившись. — Скажи честно. Ты когда-нибудь задумывалась о том, чтобы пожертвовать родственниками на благо науки?

Я моргнула.

— Иногда, — не задумываясь, ответила чистую правду.

— Отлично. Тогда мы понимаем друг друга.

Пройдя в комнату, осторожно обогнув соседку, я положила пакет на заваленный конспектами стол. В комнате пахло сушеными травами и почему-то мятными леденцами.

— Что случилось?

Файлин захлопнула книгу так, что стол жалобно скрипнул, а несколько свитков с лекциями жалобно сползли на пол.

— Твоя сестра, — прорычала соседка.

— А, — сказала я, тяжело вздохнув. — Тогда всё ясно.

Пока я разбирала купленное, Файлин принялась нервно ходить по комнате и размахивать руками. Полы её мантии развивались, словно крылья необычной птицы. Пару раз они даже задевали меня, но я постаралась не обращать внимания. Но я не переставала слушать жалобы новой соседки, всё же, её боль мне была понятна. Сама с трудом переваривала Виттори.

— Представь себе. Приходит эта бестолочь в лазарет, держится за руку и жалобно стонет. Говорит, что получила травму на прогулке.

— И? — приподнимая я брови, едва не ругаясь от тупости сестрички.

— И я, как нормальный человек, начинаю осмотр.

— Зачем? Она ведь и сама целитель, неужели не могла справиться своими силами? — вырвалось у меня, но я тут же прикусила язык.

Файлин ткнула в меня пальцем.

— Вот именно! Поэтому и бестолочь! Мы однокурсницы, но она постоянно увиливает от практики. А сегодня она ещё и пришла с… внимание… ничем!

— Совсем? — вздохнула я, мысленно проклиная Виттори.

«Она же не только себя, но и меня подставляет!» — зло пронеслась в голове мысль, заставившая с силой сжать в руке новое перо.

— Ни ушиба, ни растяжения, ни магического ожога! Даже синяка приличного нет!

Я не удержалась от смешка. Нервного. Вся ситуация с Виттори начинала напоминать чистый фарс, затеянный с непонятной целью. Она ведь не была настолько тупой раньше… или была? Закрадывались сомнения, ведь даже отец ей говорил: ищи мужа и держись за место в академии.

— И что она хотела? — обречённо спросила я.

— Освобождение от занятий, — прошипела Файлин, сминая в руках исписанный лист бумаги.

— Конечно, — пробормотала я, прикрывая ладонью глаза. — Конечно. Привыкла, наверное, отсыпаться дома до обеда.

Файлин злобно фыркнула.

— Я предложила альтернативу, — с ядовитой улыбочкой заявила соседка, поворачиваясь ко мне.

— Боюсь спрашивать, — призналась и приоткрыла пальцы приложенной к лицу ладони, создавая небольшую щёлочку для подглядывания.

— Полный медицинский осмотр, — хищно произнесла Файлин и добавила: — С экспериментальными методами диагностики.