Книга Попал! В хоршие руки. Лазейка-портал 2, страница 25 – Мартиша Риш

Светлана Ивановна

Я заметила, как изменился в лице Дальон. Он мгновенно выдал себя целиком, с потрохами. Такое выражение лица, эти руки, комкающие скатерть, побелевшая кожа, самый краешек ее, вокруг губ. Такими я видела уже тысячу раз своих учеников. Только обычно в их пальцах оказывается карандаш или шариковая ручка, не скатерть. Сразу ясно — случилась беда. Ученик сотворил что-то немыслимое, невероятную гадость, то, что способно на его взгляд обрушить весь мир в пропасть, подхватить и его жизнь в это марево зловещего кошмара. Как правило, все это — чушь, не стоящая ничего, кроме нервов. Измазанная тетрадь, невыученное стихотворение, двойка в четверти. Все это пройдет, никто и не вспомнит.

Но только не в случае с Дальоном. Парень умен, он уже взрослый. Кажется, к нам пожаловали непростые гости, а то и беда. Я обернулась к Анютке, вот и она тоже насторожилась. Умная у меня дочь, шалунья, проказница, но все понимает. Она отложила в сторону вилку, прокрутила в руке спелое, прозрачное от густого сока, яблочко.

Знала бы она, чего стоит раскрыть главный секрет Оскара. И никто нам не поможет. Разве что эльтем? Дину, мать этого кошмара всей школы, Дениса, здесь уважают. Если что, обращусь к ней. Точнее, если успею. Чувствую, нам всем будет нелегко. Что, если Дина откажется помогать? Вступится за меня Денис? Или не сможет? А если не захочет вступаться, такое ведь тоже может быть.

Ужас захлестнул меня целиком. Может, напрасно? Может, мне показалось? Нет. Стоит перевести взгляд на Дальона, сразу становится ясно, что на пороге дома стоит настоящий кошмар. Я быстро стиснула запястье Оскара. Тот, будто с ума сошел, не хочет меня понять, не слышит, смотрит страстно и все! Ну какой из него муж, какой защитник? Хочу раскрыть рот, предупредить его, но что я могу? Что сказать? Что Дальона трясёт? Так это и так видно.

В комнату вошла горничная. Мы ждем гостей. Теперь бежать уже поздно. Я судорожно пытаюсь вспомнить, кто был в доме тем вечером? Как вообще выглядел профессор? Кажется, то был въедливый старичок? А может, я путаю?

На пороге показался именно тот немолодой мужчина, о котором я вспомнила. А за спиной у него трое незнакомцев. И зачем Оскар их впустил? Зачем только пригласил в дом? Вот уже и Анджел держит уши востро. Я же ощущаю себя заботливой курицей, у которой полно цыпляток под крыльями и нужно защитить каждого. Да только в курятник пришла лиса.

Муж встал и ушёл. Только входная дверь в дом хлопнула. Испугался? Бросил нас всех? Вот же гад! Будь он трижды проклят на чесотку! На волосы в носу, в ушах и везде! Чтоб отрастали до бесконечности!

Я вздрогнула. Так. Но что, если вампир, проявленный, я имею в виду, среди нас — только он? Тогда Оскар поступил верно. Взял и ушёл. По нам же ничего не видно. Я ведьма, дочь моя тоже. Наверное, но это не точно. Об Анджеле я ничего дурного не могу сказать. Клыков у него нет, да и муж говорил, что он еще не инициирован. Почти человек, наверное, никто и не заметит подлога.

— Ваш муж так быстро ушёл, — тянет профессор.

— Да, с ним это бывает.

Я улыбнулась и провела кончиком языка по губам, приоткрыла рот. Смотришь? Вот и смотри! Нет у меня клыков, нет! И у дочки нет тоже! И у сына. Сын же он мне теперь? Конечно, сын. Раз уж я забочусь о нас всех, то и о нем тоже. Вот кто мне Дальон? Предатель, выходит?