Книга Наследство из другого мира, страница 83 – Мартиша Риш

Я залил посуду теплой водой, поискал склянку с мыльным зельем, да не нашел. Наверное, нужно начать мыть эту посуду. Вот только я никак не могу заставить себя сунуть руки в таз с застарелыми остатками кофе, слипшимися сахаром, густым медом. От одной мысли становится мерзко. Зильбер оставил после себя грязь, не захотел убирать. А я должен? Должен только потому, что попался в ловушку.

— День короток, торопись, иначе мы ничего не успеем сделать до возвращения хозяйки. Я не хочу почувствовать ее гнев.

— Я не так давно стал рабом, чтобы бояться хорошенькой женщины.

Мартин фыркнул, но ничего мне не ответил. Снял с полки банку с мукой, ещё несколько мисок, приправы.

Я опустил глаза в таз. Деваться некуда, готовить я все равно не умею, значит, нужно выполнять ту работу, на которую я хоть как-то способен. В конце концов Мартин заботился обо мне в подземелье, носил еду, воду. Явно делился своим, вот и теперь делится своей работой. И я должен принять ее часть с той же благодарностью, с какой брал еду.

На донышке одной чашки что-то блеснуло. Я присмотрелся. Кажется, это дамский браслет? Ну да, вон камни, вон застёжка, а с другого конца небольшое колечко. Я сунул кончики пальцев воду, подцепил чашку за ручку, вытянул ее на поверхность. Браслет намертво влип в остатки сахара и теперь отмокал. Я пригляделся к содержимому таза. Засохший на блюдечке мед как будто не однороден, в нем словно в зелье памяти всплывают неясные пузыри. Что это? Я гораздо смелее запустил руку в воду и вынул роскошный браслет из янтаря. По нему струились вниз и капали на стол густые капли меда, будто янтарь таял.

— Ты не умеешь мыть посуду? Научить? — резко обернулся ко мне невольник, — Ещё нужно натереть столовое серебро, вычистить камин и, быть может, смыть с пола пентаграмму.

— Здесь сокровища. Почти в каждой чашке. Я боюсь представить, что может оказаться в супнице.

— Что?

— Посмотри на это. Там ещё на дне какой-то странный браслет.

Мартин резко подошёл к тазу, рассмотрел посуду, вскинул на меня ошарашенный взгляд, полный сомнения.

— Это не браслет. Это часы, и ты зря залил их водой, они сломаны.

— Вряд ли вода просочилась сквозь корку сахара.

Парень выдернул рюмку с часами, подковырнул пальцем липкую корку. Наружу показался свёрток из бараньего пузыря. Внутри него позвякивала тонкая цепочка, и вправду украшенная циферблатом. Штучка безусловно женская, но я такую вижу впервые. Чтоб часы носили на руке, как браслет? Это так странно. Ведь на каждом платье есть специальная петелька, к которой крепится шатлен, а уж к нему на цепочке всякая мелочь, чтобы та была под рукой: часики, ножницы, напёрстки. Ну не на руке же даме носить часы.

— Не намокли. Нам повезло. Фух.

— Ты все время боишься получить наказание.

— А ты нет?

— Мне неведом страх, я не раз рисковал своей жизнью.

— Я рад за тебя, подай-ка мне щётку с раковины, будем вместе отмывать всю эту мелочь. А потом я займусь пирогом.

Я почувствовал в голосе невольника подлую ноту, но не обратил на нее внимания. Рискнёт ударить — отвечу. Да и не похож он на того, кто нападет со спины.

Я смело развернулся к раковине, лишь краем глаза отметил, что Мартин взял в свою руку черную шкатулку. Внезапно по комнате прокатился дичайший вой, зазвенел посуда, грохнул ужасающий взрыв пульсара, шумно хлопнули крылья дракона. Мне почудилось, будто стены вот-вот обрушатся. Я тут же сориентировался, бухнулся на пол, закатился под раковину. Так останется хоть какой-то шанс выжить, раз уж до магии своей я не могу дотянуться.