Книга Наследство из другого мира, страница 52 – Мартиша Риш

— Можно войти? — я больно ударилась о дверь костяшками пальцев.

— Да, Эрика. Я закончил омовение вашего пленника, — ответил мне Мартин. Почему пленника? Он же говорил, что Алан раб? Это что-то меняет?

Я потянула на себя дверь. Фернирец сразу вскинул на меня взгляд испуганный и одновременно смущенный. Мартин посадил его на широкий выступ у стены душа, позади него окно, забранное витражом.

В этом доме сделана не кабинка, душ, по сути, занимает целую комнату, в пол вставлена решетка стока, ближе ко входу пара шкафов с банными полотенцами, всякими мелочами, сюда сложно достать водой. Душ у дяди получился огромный, этого не отнять.

Фернирец опустил взгляд, чуть развернулся, подтянул бедро выше, прикрылся. Смущенный, затравленный, весь в синяках.

Мартин встал у стены, будто и нет его тут. Похоже, не знает, чего ему ждать от меня. Я смутилась, отвернулась к шкафу.

— Сейчас я дам полотенце. Сможешь передать, Мартин?

— Как вам будет угодно.

Невольник не сводит взгляда с пластикового сундучка в моих руках. Крадётся ко мне вдоль стены плавно и медленно. Я быстро открыла дверцу шкафа, вынула наобум что-то мягкое и пушистое.

— Здесь же чистые полотенца, верно? Не знаешь?

— Я убрал их в шкаф только вчера. Все чистое, Эрика.

— Обмотай вокруг бедер Алана, — я, не оглядываясь, сунула полотенце в руки парня.

Позади меня раздался напряжённый голос, кажется, он стал чуточку мягче.

— Благодарю вас, госпожа Эрика.

— Можно просто по имени.

— Как вам будет угодно.

Неприятно держать двух настолько напряженных мужчин за спиной. Я чувствую себя словно в клетке у тигра. И все равно жду, не хочу им мешать. Тихий стон, движение, все стихло.

— Полагаю, вы можете обернуться, Эрика.

Алан пристально смотрит на меня, взгляд в сторону уже не отводит. Или он так следит за пластиковым сундучком в моих пальцах? Я поставила аптечку на пол.

— Чем тебя раньше лечили? Раны чем обрабатывали?

— Ничем, ведь я маг, — Алан пожал плечами, чуть сморщился от этого простого движения, — Точнее, был магом. Рабский ошейник изменил положение вещей. Мой дар теперь заперт, как видите.

Вопросительный взгляд, который мне никак не удается расшифровать.

— Раньше твои раны обрабатывали спиртом? Хоть когда-то, может быть, в детстве?

— Да, когда я расшибал коленки, мне их мазали чем-то таким. Это было очень давно.

Я присела на корточки, медленно открыла аптечку, вынула из нее пузырёк. Смесь спирта с другим дезинфицирующим средством. Надеюсь, я не рискую сделать фернирцу еще хуже. Так же плавно достала из обертки марлевую салфетку, сложенную в несколько слоев.

— Рану нужно обработать, согласен? Там везде была жуткая грязь. Ты немного потерпишь?

— Как прикажете.

— А потом я все замотаю бинтом… Под полотенцем нет нигде ран?

— Только синяки от ударов на правом бедре.

* * *

Алан

Я пытаюсь угадать свою судьбу и пока не могу. Хозяйка. Надо же, теперь у меня появилась хозяйка. Эта мысль никак не может покинуть мою голову, она кажется чересчур невозможной, дикой. Тем более, что Эрика даже не родовита, раз уж сама попросила не называть ее госпожой. И притом еще и ведьма. Как так получилось? Не бывает одаренных без титула. Все, кто рожден от смешанных браков, к кому случайно перешел дар, обязаны быть лишены собственной магии. В Шохире их дар запирают, оставляя жалкие крохи, дающие возможность лишь зажечь лучину, подогреть воду, словом, сделать что-то такое, незначимое. Так почему же эта простолюдинка оказалась одарена и живёт в таком доме?