Книга Наследство из другого мира, страница 107 – Мартиша Риш

Из магазина я вывез две полные тележки, трижды переплевался, что не взял с собой из офиса никого. Так бы хоть охрана помогла все эти продукты по сумкам распихать. Не пришлось бы попусту терять мое драгоценное время.

* * *

Эрика

Невольники встретили меня прямо у двери. Головы обоих немного опущены. Стоят рядком, будто бы нерадивые менеджеры перед моим кабинетом. Красивые оба — страшно даже смотреть. Боюсь ляпнуть какую-то грубость.

Почти изящный наклон головы генерала, я вижу, как тяжело даётся этому парню даже такая мнимая покорность. Ноздри фернирца немного дрожат, как у хищника, который готов напасть.

Белый, без загара, торс Мартина часто вздымается. Черные пряди волос опустились на лоб, завешивают его густой челкой. Что в его взгляде, что он думает обо мне? Рассмотреть невозможно.

Покупки я оставила большей частью в машине, одной мне все сразу просто не донести С собой взяла только одежду, да сласти и сдобу. Поскорей бы мясо с улицы в дом занести. Я много купила, на шашлык всем нам хватит. Мне действительно хочется относиться к этим ребятам нормально. Я понимаю, каково им пришлось.

— Мы рады вашему возвращению, Эрика.

От одного только голоса Алана по моей спине пробегает дрожь. Он одновременно и вкрадчивый, и довольно мягкий. Парень придерживает рукой полотенце, намотанное на бедра. Ноздри Мартина раздуваются шире, он весь напряжен и закаменел, будто статуя, даже не дышит.

— Доброго вечера, хозяйка.

Роскошный бас Мартина наполнен готовностью к бою. Он ждёт от меня нападения и поэтому, видимо, готов защищаться, — Какие у вас будут приказы?

На меня метнулся встревоженный взгляд и тут же вновь опустился. Черт. Вот как им объяснить, что меня бояться не стоит? Не убью, не продам, не стану никак издеваться, а если будет возможность, так и вовсе отпущу на свободу. Кстати, об этом.

— Пойдем, в мою комнату. Так будет лучше.

Я хочу что-то объяснить, только слова… они застревают в горле. Обнадежить заранее парня я не могу. Просто это будет слишком уж жёстко. Сказать, что хочу я от него получить — тоже. Да и в голове до сих пор слышу сдержанные слова Анны, совет усадить рабов, действовать наедине.

Алан встревожился, вскинул на меня голову, распрямил плечи шире, будто бы захотел ярче показать кто он, что не раб он, а генерал. Да только если бы это было действительно правдой.

Мартин направился в глубину дома, мы прошли через гостиную, мимо камина, вот и ключ с навершием-бабочкой выпирает из скважины. Парень легонько провел пальцем по ее крыльям перед тем, как открыть дверь, совсем так же, как делала я. Разве может он оказаться вором, насильником или убийцей? Или за что люди могут очутиться в рабстве?

— Прошу, — парень отворил передо мной дверь.

— Заходи первым. Я очень не люблю, когда кто-то стоит за спиной.

Ещё один взметнувшийся на меня взгляд, чуть вздрогнувшие ресницы. Кажется, парень готов ко всему, успел напридумывать себе страшилок. Чуть дрогнула на спине его жемчужная кожа.

— Ваша воля, — парень вошёл наконец в комнату, замер посередине, — Что прикажете делать, хозяйка?

Гордость, ярость, жгучий страх — все смешалось в этих басовитый нотах.

— Повернись ко мне, я просто хочу узнать правду.

Лёгкий выдох. Он мгновенно развернулся, навис надо мной, почти как Кольцов в ресторане… и бухнулся на колени.