Книга Замуж за дракона? Ну уж нет! Лучше открою лавку зелий, страница 13 – Стася Лис

— «Совет Семерых» — или, как мы привыкли их называть, «старая аристократия» — драконы, пережившие века. Многие из них застали становление человечества. Но большинству едва перевалило за пятьсот лет, — начал он. — Для драконов это ничтожно мало. Но для нас, людей, чудовищно много. Именно в силу своего возраста наши взгляды с ними критически расходятся.

— Не будем забывать, что только благодаря их вмешательству люди вообще могут использовать ману, — вмешалась женщина, что курила трубку с какой-то сладкой дрянью. — Будет несправедливо только обвинять их.

— Возможно, — согласилась матушка. — Но вы должны согласиться, леди Лаура, что будь у нас преимущество, люди давно достигли бы больших высот, чем сейчас. Драконы тянут нас вниз, тормозят прогресс, ограничивают нас. Если бы мы сняли эти кандалы. Если бы наша мана больше не зависела от магической руды. Мы бы свергли старую аристократию.

— Вы говорили, у вас есть решение нашей проблемы, леди Веритас, — вспомнил мужчина с седыми висками.

Вот это меня угораздило вляпаться в заговор. Моя семейка оказалась с секретами, о которых лучше не говорить вслух. Они замыслили переворот…

— Конечно, — ответил папенька. — И это решение сейчас перед вами.

— Как вы знаете, Совет Семерых неохотно одобряет браки с людьми. Но нам удалось договориться с родом Сальваторе. Наша старшая дочь — Алания — выйдет замуж за одного из их сыновей и вытянет из него всю ману.

Я опешила. В горле вдруг пересохло. Ладошки вспотели. Как это понять? Вытянуть ману? Я на это не соглашалась!

Неужели настоящая Алания тоже это знала?

— Это возможно? — поинтересовалась женщина, что сидела рядом с бородачом.

— Мы разработали специальное заклинание, — кивнула матушка и хлопнула в ладоши.

Мира тут же поклонилась и исчезла за дверью.

— Позвольте вам продемонстрировать, — улыбнулась матушка. — Мы много разрабатывали всякого рода устройств, которые бы работали на основе заклинаний. Конечно, это только экспериментальный образец. И работает он на диких драконах.

Я с ужасом смотрела на женщину рядом с собой, которую настоящая Алания называла «матушкой».

Мира ввезла тележку с хрустальным шаром, который оплетали морозные узоры из серебра. Внутри этого шара металась самая настоящая буря.

За ней шли двое мужчин в сплошных белых масках, в которых были мелкие прямоугольные прорези для глаз. Перед собой они везли ещё одну тележку с клеткой, накрытой плотной тканью, из-под которой доносились цокот коготочков и пыхтение.

Когда ткань была убрана, собравшиеся заворожённо ахнули. А я уставилась на маленького дракончика широко распахнутыми глазами. Он жался к прутьям. Крылья у него были зверски истерзаны, а клыки вырваны. Я кожей чувствовала этот первобытный страх, что исходил от животного, когда он метал ошалелый взгляд на людей. Его кристально-голубые глаза напомнили мне Маркуса.

Я попыталась подняться, но «матушка» с силой сжала мою ногу, молча приказывая сидеть на месте и смотреть.

«Папенька» поднялся, подошёл ближе к клетке.

— Это вергальский небесный дракон. Подвид виверн. Очень редкий экземпляр, — с гордостью произнёс он.

Остальные согласно и восхищённо закивали.

— Вместо огня у него сильнодействующий яд, содержащийся в клыках. Конечно, для безопасности мы их удалили.