Книга Избранница сильнейшего мага, страница 12 – Екатерина Политова

— Ты злишься, потому что я рядом, — сказал он громко и четко. — Если бы меня не было, ты бы успокоилась, взяла себя в руки и смогла бы справиться. Но ты, как малолетка, продолжаешь терять контроль и поддаваться глупостям из собственной головы.

Его слова задели меня сильнее, чем я ожидала.

— Я не малолетка! — выкрикнула я, усиливая поток.

Эмоции накрыли меня с головой и я сделала то, чего никогда бы не сделала, владей я собой хоть чуточку лучше. Я направила поток ветра на Адама, вложив в это тяжелое движение весь гнев, всю обиду, которые накопились за это время.

Ректор фон Кирс не двинулся с места. Даже когда трещины пошли по камням под его ногами, он стоял, как будто ничего не происходило. Лишь хлопали на ветру полы его плаща и развевались белые волосы. Тьма надежно защищала своего хозяина как и всегда. Но я так хотела пробить этот проклятый барьер! Между мной и им, чтобы он понял, чтобы он ощутил хоть что-то. Хоть маленькую долю моей боли! Как же я хотела пробить эту его вездесущую магию!

Но всё было зря. Его фигура оставалась неподвижной, как будто моя стихия вообще не касалась его. Но внезапно тьма поднялась вокруг него черной стеной, поползла по моей магии поглощая и забирая. А потом его магия обрушилась и на меня, накрыв всё вокруг непрогляным куполом. Всё стало черным, словно ночь решила поглотить мир.

Это было как наваждение, словно кто-то перекрыл мне кислород, лишил сил, которые были моими. Отобрал мою магию, оставив после себя лишь пустоту.

Я ослепла, не видела ровным счетом ничего. Тьма внезапно сжалась вокруг меня кольцом, захватила по рукам и ногам, потянула к земле заставив вначале рухнуть на колени, потом и вовсе упасть. Я почувствовала щекой холодный мрамор и непрекращающееся тяжелое давление, не дающее подняться.

Когда свет коснулся тренировочной площадки, истерзанной моей магией, я увидела лишь клубящийся всюду черный дым. И ректора.

Он склонился надо мной, его лицо было безупречно спокойным, но в глазах горела ледяная сталь. Он был на меня зол, хоть и пытался выглядеть равнодушным.

— Ты правда думала, что сможешь против меня хоть что-то сделать? — тихо спросил он, давя меня голосом. — Я сильнейший маг тьмы в королевстве. А ты… не способна даже собственную магию обуздать. Ты способна только истерить и тебе это никогда не поможет, Аннабель.

Я не могла дышать, но его слова продолжали резать.

— Хотя, — он выпрямился, поправив ворот плаща. — Ты хотя бы смогла направить магию в одну сторону и усилить её. Это уже прогресс.

Я собрала остатки сил и прошептала:

— Я вас ненавижу.

Он долго смотрел на меня сверху вниз, а потом произнес:

— И эти эмоции мешают тебе. Завтра обсудим это ещё раз, когда твои мозги встанут на место. Я верю, что это должно случиться, — он дернул бровью, — рано или поздно.

Прежде чем отпустить меня, ректор, всё ещё удерживая мои руки тьмой, надел на мои запястья браслеты. Это были механические, жесткие и четкие движения, абсолютно лишенные какой-либо заботы.

Тьма начала исчезать, медленно испаряясь в воздухе, и я осталась лежать на мраморе, чувствуя, как ярость внутри смешивается с горечью.

Когда темнота совсем рассеялась я обнаружила, что он ушел. И пусть, я не хотела его больше видеть.

Магия, которую я выпустила, оставила после себя пустоту, но ярость и обида не уходили. Они бурлили, жгли, требовали выхода. В какой-то момент я испугалась, что сил больше нет, что тьма сожрала всё, что до чего дотянулась. Но нет… моя магия истощилась, но никуда не делась.