Книга Ученица сильнейшего мага, страница 69 – Екатерина Политова

— Что-то не вижу радости на лице, — холодно и тихо заметил ректор.

Я вовремя поймала себя на том, чтобы не смотреть ему в глаза сейчас. Он отдал мне его лично, хоть оно и было запечатано - он наверняка его читал.

— Отдайте его мне, это надо сжечь, — фон Кирс протянул руку над столом и я удивленно на него взглянула.

— Почему? Оставьте письмо мне, — я вцепилась в письмо ещё сильнее, прижав его к груди. — Я не понимаю, о чем они говорят.

Ректор откинулся в кресле и взглянул на меня с интересом. Свет от напольной лампы едва падал на его лицо.

— Так уж ты не понимаешь? — бросил он с сомнением.

Вот дура, надо было просто улыбнуться, поблагодарить и отдать бумагу на сожжение. И уйти. Но теперь, когда он уже зацепился, я решила не откатывать назад, не делать вид, что всё в порядке. Однако молчала.

— Что ты сама знаешь о себе, Аннабель? — спросил ректор и я поняла, что он и правда в курсе содержания письма.

В полумраке его лицо казалось более мягким, но всё же он оставался тем же ректором. Его серые глаза смотрели на меня так внимательно и твёрдо, что мне стало трудно дышать.

Я молчала, не зная, говорить или нет. Меня учили молчать. Я стиснула письмо в руках, не решаясь открыть рот.

— Может и хорошо, что ты не поняла, что они имели в виду, — ректор хлопнул по подлокотнику кресла и поднялся. — С меня хватит. Мой длинный день на сегодня окончен.

Он вырвал из моих рук письмо так резко, что я не успела отреагировать. Вскочила в попытке вернуть, но в ладонях ректора уже был только пепел, который он стряхнул на пол. Он направился к двери, взялся за дверную ручку, но я преградила ему дорогу, вцепилась в его рубашку, отчаянно пытаясь удержать. Если он уйдет, у меня не останется ничего, кроме вопросов без ответов.

— Аннабель, — процедил он, прожигая меня взглядом.

— Вы всё у меня забирает, — неожиданно для себя я сделала короткий шаг к нему, не оставив между нами дистанции. — Родителей, свободу… общение с другими людьми. Даже письмо! Я хочу что-то взамен. Я хочу знать всё, что знаете обо мне вы .

Внезапно ректор положил ладонь мне на ключицу и резким движением припер меня к двери. Я испугалась, увидев злость в его глазах.

— Ты к правде не готова, — проговорил он.

Сердце забилось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется наружу. Но я не собиралась сдаваться:

— Я знаю что мы бежали из федерации Босэй, когда мне было два года. У нас была легенда, которой мы и придерживались. Но всю жизнь я думала, что мои родители предатели или шпионы.

Я боялась дышать, ощущая через одежду какая горячая у него ладонь. Не отпуская меня, другой рукой ректор оперся о дверь и приблизился. Тьма в кабинете вдруг начала густеть, померк свет единственной напольной лампы. Он склонился к моему уху, не разрывая этой почти мучительной близости. Его дыхание коснулось моей щеки.

— Наверное, так тебе и следует думать дальше, — произнес фон Кирс.

— Нет, — выдавила я, удерживая себя от того, чтобы не задрожать сейчас.

Он был слишком близко, через чур. Едва заметный выдох сорвался с его губ, а рука с ключицы переместилась мне на волосы, в то время как мои собственные руки всё ещё упирались ему в грудь. Я решилась посмотреть ему в глаза, но в темноте ничегошеньки не увидела.

— Ты не готова нести эту ношу. Ты молодая наивная девочка, на которую свалилось нечто куда большее, чем она сама, — от его голоса по коже пробежал холодок.