Книга Ученица сильнейшего мага, страница 49 – Екатерина Политова

— Он… Я не знаю, — сбивчиво начала я, глотая слова, сама едва понимая, что пытаюсь объяснить. — Тьма, всё вокруг него было слишком… слишком тяжелым. Будто в нем целый магический источник столицы Антиды! Это как будто… Разве это можно вынести? А потом он исчез, просто… растворился!

Глория внимательно смотрела на меня, ни слова не говоря, но в ее глазах промелькнуло осознание.

— Аннабель, — она наконец произнесла, спокойным голосом. — Всё не так страшно.

— Может, он устал? Может, его магия как-то иначе реагирует... или это моя магия так отозвалась, — говорила я, чувствуя, как внутри нарастает беспокойство. — Мне просто… показалось, что ему плохо. Нет, мне не показалось!

То, что я видела - тьма, исходившая от ректора, была бесконечно чужой и опасной. Будто знакомая мне стихия, но в то же время, абсолютно иная.

Глория медленно выдохнула и едва заметно покачала головой, потом тихо пробормотала, словно говорила сама с собой:

— Какая же ты… — сказала она тихо. — Ты слишком добра к окружающим, Аннабель. И твоя забота... поверь, он в ней точно не нуждается.

Я была уверена, что она знала о ректоре что-то, чего мне не было суждено понять, и сейчас Глория не могла решить, говорить ли мне правду.

— Всё равно… Я волнуюсь, — прошептала я, упрямо глядя на неё. Её взгляд стал мягче.

— Понимаю. Но сделай глубокий вдох и помни, что у ректора есть силы, которые он контролирует даже лучше, чем тебе кажется.

— Но я видела! — выкрикнула я, не выдержав того, что меня продолжают держать в неведении.

На лицо Глории упала черная тень, когда она опять взглянула на меня.

— Аннабель, чужие секреты тебе не нужны, поверь.

Примерно тоже самое говорила мне Анита.

— Он заставляет вас молчать? — я подалась ближе. — Так ведь? Он ведь всех заставляет молчать.

— Аннабель, — вздохнула Глория. — Ты пропускаешь ужин.

— Я хочу знать, какому человеку доверяю свою жизнь.

— И что если ты, например, узнаешь, что он чудовище? Что тогда? Я скажу тебе что - ничего. Для тебя не изменится ровным счетом ни-че-го, девочка.

Я шагнула назад, чувствуя, что и правда забылась. Возможно, я и правда совершенно зря пыталась влезть в то, чего знать не надо, в тайну, которая всегда оставалась за толстыми стенами Академии и за холодной маской ректора.

Развернувшись, я поплелась к выходу, а потом обратно к себе в комнату, чувствуя, как слова Глории всё ещё звенят в голове. Я шла будто не только по коридору Академии, но и по лабиринту собственных мыслей. Здесь надо просто выжить, вытерпеть, вынести... выпуститься из этой Академии, в конце концов. И не выносить в себе груз чужих тайн. У меня есть свои.

Но всё это не давало покоя — ректор фон Кирс, его магия, его тайны. Может, Глория и права, но что, если…

— Флёри! — резкий голос вырвал меня из задумчивости, и я обернулась, встретив строгий взгляд Аниты. — Тебе в столовую, очнись, — проговорила она, сверкая глазами. — После твоей болезни мне приказано следить, чтобы ты ела и не бегала по Академии как ошпаренная! Что ты делала в медпункте? Болит что-то?

Я вздохнула, и помотала головой.

— Нет, просто… Поговорили с Глорией, — уклончиво ответила я.

Мы шли в тишине, и я старалась унять в себе чувство беспокойства, которое не давало покоя. Чем больше я думала о том, что произошло, тем сильнее росло желание понять. В конце концов, я решила спросить: