Книга Хозяйка Северных гор 3, страница 15 – Адель Хайд

Энрико неплохо говорил по-английски, а с остальными помогал общаться Джаббир, потому что по-итальянски кроме него в нашем коллективе никто не говорил.

─ Вот видишь, сайида, а ты не хотела меня брать, сейчас бы нанимали толмача в порту и вас бы обязательно обманули, ─ сказал Джаббир, когда мы остались только среди своих.

Джаббир теперь называл меня «сайида», насколько я поняла, в более-менее точном переводе это означало «госпожа». Я сама попросила заменить его чем-нибудь обращение «сияющая», которым они называли меня из-за своего пророчества.

─А потом мы бы его обязательно убили, - кровожадно заявил капитан Седрик.

─ И нас бы обязательно арестовали, - подхватил ещё один сын мейстера Умло, Бенджамин, которого тот воспитал за прошедшие пять лет, и теперь отправил со мной в большое путешествие. Мальчишке было восемнадцать, до этого он вообще ни разу не выезжал дальше Карнарвона, и поэтому был просто счастлив.

Возможно, именно его счастливая физиономия и поддерживала меня, когда уныние вкупе с тошнотой начинало преследовать меня от непрекращающейся качки.

В первый день я отдыхала, наслаждаясь тем, что нахожусь на земле, в доме, где есть возможность принять ванну, и поспать на настоящей кровати. В доме Дандоло были хорошие кровати и не было никаких насекомых.

Нас не трогали ни хозяева, да и мы сами похоже немного друг от друга устали.

А вот наследующий день Джаббир потащил меня к астрологу.

─ Сайида, вы с ним обязательно должны поговорить, он знает много, но не больше, чем ты, и вместе мы можем обсудить эти знания.

Да, для Джаббира получение новых знаний было смыслом жизни.

Для меня же само сочетание целительства и астрологии выглядело весьма странным, но как оказалось, что для Венеции, где в основном управление строилось на власти торговых людей, это было очень нужным занятием, которое приносило деньги, ведь как ещё узнать, верную ли ты заключаешь сделку, или стоит ли риска отправка каравана в далёкую Византию.

Лекарь-астролог оказался дома, но сначала старый слуга, открывший нам дверь и испуганно взглянувший на большой вооружённый отряд, не хотел нас впускать, помогла охрана Дандоло, а когда ещё и Джаббир назвал своё имя, то двери сразу распахнулись, а я в очередной раз поразилась тому, как при совершенно никаком уровне распространения информации все всё равно умудряются всё узнавать.

Мы вошли вместе и здесь уже Джаббир представил меня. Астролога звали Никколо Винатти. Как я поняла, имя Никколо было весьма распространено в Венеции, потому что и сына Энрико Дандоло тоже звали Никколо.

Помимо целительства Никколо в основном занимался тем, что действительно читал звёзды, и у него было твёрдое убеждение в том, что все пути предопределены. Это была интересная дискуссия.

Где-то я была с ним согласна, и когда он предложил составить звёздную карту для меня, я согласилась. Возможно, что зря, потому что спустя пару часов расчётов Никколо вышел и с восторженным ужасом посмотрел на меня. После небольшой паузы, немного коверкая моё имя, вернее, умудрившись смягчить его жёсткое звучание, он сказал:

— Леди Маргерита, вы умерли, больше восьми лет назад.