Книга Развод. Уйти не позволю, страница 39 – Соня Вишнякова

Нужно ехать к Маше.

Неужели она реально подала на развод?

Но даже не в этом сейчас вопрос. Нужно делать что угодно, но предотвратить то, что задумал этот ублюдок.

—

Через некоторое время, уже слегка успокоившись, стою под подъездом дома, где живёт сейчас Маша.

Номер её квартиры не знаю, только визуально могу предположить. Видел её у окна. Когда раздавал цветы, осторожно глянул на дом и сразу определил пятый этаж и расположение окон.

Сейчас стою и жду, пока кто-то выйдет из подъезда, откроет дверь и тогда у меня появится возможность войти.

Вечер. Поэтому пришлось стоять долго. Минут пятнадцать я ждал пока, наконец, послышались шаги и беспокойный цокот собачьих лап, повизгивание нетерпеливого животного. Дверь запищала, открылась. Вышла старушка, вернее, почти выбежала за своей собакой. Даже не успела кинуть на меня вопросительный взгляд, когда я придержал дверь, так была сосредоточена на срочных потребностях мохнатого любимца.

Я вошёл. Сразу к лестнице, торопливо поднялся на пятый и остановился перед единственной дверью, которая по моим предположениям и есть квартира, в которой на данный момент проживает моя жена.

Поднял руку, чтобы нажать на кнопку звонка, но остановил в нескольких миллиметрах. Не стал звонить. Сжал пальцы и тихо постучал.

Шорох шагов за дверью, практически осязаем, я не просто слышу, а практически вижу, как Маша подходит становиться на носочки и смотрит в глазок.

— Маша, — говорю тихо.

Секунда тишины.

Значит, я не ошибся, она там.

— Уходи, Влад, — родной голос.

— Можно с тобой поговорить? — я положил ладонь на дверь.

— Нельзя, — ответила быстро.

— Я хочу предостеречь тебя, Валиев — мой враг и он делает это специально, чтобы навредить мне. Я просто хочу тебя предупредить, чтобы ты не велась на его ухаживания. Он хочет мне отомстить.

— Я не знаю никакого Валиева, — слышу её глухой голос, и мне недостаточно, хочу видеть её глаза, лицо. Хочу видеть её всю.

— Это босс, на которого ты работаешь, Ренат Валиев. Маш, открой дверь, это же смешно. Я не буду тебя трогать. Клянусь.

— Я тебя поняла, спасибо, что предупредил. Теперь можешь уходить. Я не открою, — чувствую в её голосе смелость.

Нет больше той покладистости и желания мне угодить, нет ноток соблазнения, нет мягкости, ничего нет. Она обдаёт меня холодом, равнодушием. И от этого я ощущаю почти физическую боль.

Нет, я не мог завести нас так далеко. Собственными руками вырыл эту пропасть между нами. На что надеялся, когда позволял Алёне соблазнять меня. Я видел её поведение и ничего не делал, чтобы его пресечь. Мне было интересно насколько далеко всё может зайти, но я совсем не предполагал, что мои чёртовы игры зайдут настолько далеко. Я теряю любимого человека из-за своей глупости. Тупости, похоти и много чего ещё. Сам виноват. Считал всё просто. Очень просто.

А оказалось…

— Маша… я скучаю… ты не представляешь, как я скучаю, — я сжал пальцы в кулак и прижал его к двери, я не могу стукнуть по этой двери, выбить её, сломать замок. Я ничего не могу сделать.

Каждое моё действие отодвигает границы пропасти между нами всё дальше и дальше. Чувствую пустоту, незаполненную её любовью. Раньше совершенно не подозревал, стоит этой любви исчезнуть, уйти и начнётся невыносимая, тоскливая боль. Я не умею её терпеть, ещё не научился. Никогда не был в подобной ситуации, а, оказавшись, почувствовал насколько это тяжело.