Книга После развода. Брак без обязательств, страница 16 – Алекс Рубин

Гостьи выстраиваются треугольником, впереди самая старшая и строгая. За ней плотной парой остальные. Мужчина, которого мне так и не представили, подскакивает с кресла и машет рукой: — Елизавета Петровна, все условия проживания ребенка соблюдены. Можете в этом сами убедиться.

Елизавета Петровна одета в темно-синий костюм и голубую блузку, на ногах черные туфли без каблука. Разуться никто из женщин не удосужился. Выглядит она лет на шестьдесят, худощавая, с тонкими поджатыми губами, в строгих квадратных очках и с безукоризненной прической. Темные волосы зализаны в тугую гульку на затылке. Ни одного волоска не выбивается. Я бы ни за что не смогла так собрать волосы. Поэтому и ношу стрижки, с ними хлопот меньше.

— Я знаю, Леонид Валентинович, что и как мне нужно проверить, — отрезает она холодно. — Александр Силыч, проведите нас в комнату Анны.

Я сажусь на стул у кухонного стола и смотрю в окно. Нервничаю жутко. Странно это все и самое неприятное — непонятно. Явно какая-то комиссия, но какая и почему?

Наливаю теплую воду в белую чашку и пью маленькими глоточками, чтобы унять нервную дрожь и подумать. Зачем Сане жена? Да еще и такая, как я, с прицепом? И что значит «без обязательств»? У каждого из нас будет своя жизнь или как? А жить мы будем вместе или по отдельности?

Через десять минут они возвращаются, а я так и не нахожу ответ ни на один вопрос. Вглядываюсь в лицо Сани, надеясь понять, что произошло за эти десять минут. Мужчина выглядит безмятежно и доброжелательно. Даже в глазах нет злости. Сама доброта.

Елизавета Петровна пристально осматривает кухню, не спрашивая, заглядывает в холодильник, как будто имеет на это полное право. Остальные стоят за ее спиной, как почетный караул или как телохранители важной особы. — Запиши, — бросает Елизавета Петровна через плечо. — В доме чисто, еды хватает, насекомых нет. А вы кто? — смотрят на меня с неодобрением во взгляде. — Домработница?

Я немного растеряна, не знаю, что отвечать. Саня тут же обнимает меня за плечи и отвечает:

— А это Ольга, моя невеста. Через неделю мы расписываемся.

— Мальчик, который играет с Анной, ваш сын? — продолжает допрос церберша.

Не успеваю рот открыть, как Саня нагло заявляет:

— Это наш сын.

— Ваш сын? — подозрительно прищуривается женщина. — Сколько же ему лет?

— Три года, — говорит Саня.

— И что это значит? — продолжает она. — Вы вели аморальный образ жизни. В то время, как у вас от одиночества страдал ребенок, вы развлекались на стороне!

Я молчу, хотя мне очень хочется сказать, что она несет несусветную чушь! И что это все ее не касается. Но я молчу. Это не мой бой.

— Что значит «аморальный образ жизни»? — холодно и жестко отвечает Саня. С него моментально слетает доброжелательный вид. Он сейчас похож на медведя. Внешне милый и неторопливый, а внутри хладнокровный сильный хищник. Он гладит мое плечо, успокаивая. Я же стою красная как рак. — Вы в курсе, что я вдовец?

— Да, я знаю, — кривит губы противная тетка. — Но тогда почему вы не оформляли ваши отношения с этой женщиной раньше? Вы ведь понимаете, что подаете дочери дурной пример!

— Потому что это наше дело, — резко отвечает Саня. — Вы проверили условия проживания Анны? Тогда я вас больше не задерживаю.

Я ловлю на себе взгляд одной из женщин. Молодая, симпатичная, ухоженная. Она смотрит на меня с неприкрытым раздражением. Чем я ей не угодила? Впервые ее вижу.