Книга После развода. Любовь на осколках, страница 31 – Алекс Рубин

Скорее, поставили перед фактом…

Видно, на моем лице что-то отразилось, потому что Глеб паркуется возле небольшой кондитерской и всем телом поворачивается в мою сторону.

— Не пугайся. Просто я не люблю все эти условности. Зачем они взрослым людям? Но если хочешь, будет и кольцо, и предложение, и платье белое. Все, как положено.

— Хочу! — говорю быстро и тут же поправляюсь: — Предложение и кольцо хочу! Платье и свадьбу не надо. Ой!

Я это вслух сказала? Стыдобища! А еще хочу признание, потому что сама я, похоже, по уши влипла в этого мужчину.

Но вместо признания получаю страстный и горячий поцелуй. Такой, что пальчики на ногах поджимаются и внизу живота образуется вакуум. Я готова растечься лужицей по салону…

Да я вообще готова отдаться Артемьеву прямо здесь и сейчас. Какое счастье, что я в куртке, а замок на ней в сидячем положении не расстегнуть. Он заедает на изломе.

— Идем за тортом? — шепчет мне в губы этот невыносимый мужчина. А в глазах самодовольный огонек. Понимает, как на меня действует, наглец! — Сладкое — детям, а нам — шампанское…

— Только не шампанское!

Плохие у меня с ним теперь ассоциации.

— Тогда вискарик?

— Вино, только вино!

— Уговорила.

Как, оказывается, может быть все просто. Макар бы ни за что не согласился. Да он бы и не спрашивал. У него в голове четкий стереотип — для праздника только шампанское!

Артемьев выходит первым, я тоже открываю дверь со своей стороны и сталкиваюсь с недовольным взглядом. Что опять не так?

Глеб

Не царица у меня Натали, не царица. Но это мы быстро исправим.

С укором смотрю на нее и подаю руку, чтобы помочь выбраться из машины.

— Ой, — опять мило краснеет она. — Я не привыкла.

— Привыкай.

Не могу отказать себе в удовольствие обнять ее и перенести на тротуар. Легкая, как пушинка. Даже в этой своей несуразной куртке смотрится на все сто.

В кондитерской немного спорим по поводу торта. Она утверждает, что детям лучше йогуртовый, я же больше склоняюсь к шоколадному. Поэтому берем два.

Нас встречает Вероника. Улыбается обольстительно, а в глазах замечаю разочарование и злость. Не нравится мне это. С какого перепуга она мне глазки строит? Это надо пресекать сразу. Вчера Макс ее возле моей спальни застал, сказала, что хочет посоветоваться и приготовить завтрак детям сама. Мол, она умеет делать полезную запеканку. Макс у меня парень смекалистый, сразу отбрил. Заявил, что завтраки готовит повар, а медсестру должно волновать здоровье пациентов и больше ничего. Я в это время был в душе и, когда вышел, застал Макса у моей двери, а Вероники уже не было.

Бдит парень. Он у меня готовый мужик. Не знаю, как бы я без него справлялся. Чую, через пару лет придется к нему охрану приставлять, чтобы помогали от девок отбиваться. Уже сейчас его заваливают сердечками. Особенно на волне моды на этих всех корейских айдолов. А он у меня парень экзотический.

— Вероника, спасибо за работу, — обращаюсь к девушке. — Мы больше в услугах медработников не нуждаемся. Можешь отправляться домой. Елене Аркадьевне я уже позвонил.

— Маша еще болеет, — пытается спорить она.

— Ната, ты же присмотришь за Машенцией?

— Конечно, — спокойно отвечает Натали и проходит мимо застывшей в проходе Вероники в холл. — В какой комнате мне разместиться?