Онлайн книга «Хочу тебя купить»
|
Как ни странно, после женитьбы папы на Еве наши с мамой отношения стали лучше. Вообще отношения папы и мамы стали лучше. Во-первых, мама извинилась перед Евой за ту новогоднюю историю. Моя ревнивая и сумасшедшая мамочка тогда прислала мне фото папы, на которых он был с девушкой, ну и предложила Еве посмотреть. Судья по тем кадрам было ощущение, что у папы роман с «его китайским партнёром» — так говорили об этой девице. Оказалось, что китайский партнёр реален, а девушка с фотографий — его дочь, Яньлинь, которую мой папа знал с детства. Из-за этих фото папа и Ева чуть не расстались. Маман же отправляла новые фото, еще и еще, подливала масла в огонь. Знала, что отец приедет вместе с Яньлинь, и, по-моему, даже отправила Еве сообщение, где предлагала встретить парочку в аэропорту. Я не уверена на сто процентов, Ева так и не призналась, но мне кажется именно послания моей мамы подтолкнули мою подругу реально приехать в Шереметьево. В общем, всё это чуть не стоило папе Евы, а Еве папы. К счастью, они всё-таки помирились. Мама на какое-то время пропала с радаров, потом вернулась. Повинилась, прощения просила. Отец провел с маман разъяснительную работу еще до примирения с Евой. Снял с довольствия — именно так он сказал. Он ведь все эти годы продолжал ей помогать, ну, то есть папа содержал маму, как и раньше несмотря на то, что я уже давно совершеннолетняя, и в разводе они почти всю мою сознательную жизнь. Папа — не Женя. Решил все вопросы с ненужным браком сразу. Вспоминаю об этом и тонкое жало отчаяния колет грудь. Вздыхаю, и натыкаюсь на мамин взгляд, потеплевший, внимательный. — Малышка, у тебя появился мужчина, да? Киваю, вздыхая. Рассказать, или… У мамы тоже наконец есть постоянный мужчина, конечно, не такой крутой, как папа — таких крутых вообще больше нет, я бы сказала. Кстати, этот мужчина против, чтобы мама брала деньги у папы. Но… моя мама — это моя мама. С папой помирилась и снова выторговала содержание. Уверена, что она берет деньги спокойно, складывает куда-то, типа на чёрный день. Она говорила, что стала интересоваться акциями и игрой на бирже, недвижимостью. В общем, мама не пропадёт. Не знаю как, но слово за слово родительница выпытывает у меня всю нашу с Женей историю. Сокрушается, качает головой, даже ругается сквозь зубы, ругаться — это мама умеет. — Получается, ты у нас теперь невеста без места? — Мам, Женя решит вопрос, я уверена. — Решит, конечно! Куда он денется? Если он не решит, Агдамов его… — Мам! — перебиваю, — не надо… — Прости, моя сладкая. Я понимаю… Значит, Анастасия Руденская… — Нет, у неё другая фамилия, она Милованова. — Милованова. Ясно. Ну, что ж… Надеюсь твой Евгений действительно человек слова. Мне не хочется обсуждать этот вопрос, я понимаю, что Жене и самому очень хочется поскорее решить все и я ему доверяю. Бесконечно доверяю даже тогда, когда стоя на пороге его кабинета слышу то, что слышу. — Какую невесту, милая? Ты… видимо, что-то перепутала. Никакой невесты у меня нет. Замираю. Не дышу. Я знаю, что он сказал это не просто так. У него был повод так сказать. Веский повод. А я, видимо, появилась в его кабинете совсем не вовремя. Чёрт. Настя смеется в голос, встряхивая волнами золотых, идеально окрашенных волос. |